А мне повезло с Жекой! Он самый лучший! Я прижалась к его груди, слушая сердце. Чуткие теплые руки Жеки скользили по моему телу, растапливая в душе последние ледяные иглы. Внимая его голосу и ласковым пальцам, я все больше и больше раскрывалась всем существом навстречу. Как же сильно я его люблю! Знаю, Жека не обманет, никогда не предаст, не возьмет что-нибудь у меня, не вернув сторицей. Сколько радости он доставляет, когда в его голове возникают такие чудесные идеи! А как же Жека любит во мне женщину! Это невыразимо приятно, когда я вижу обожание и его руки касаются меня будто неимоверной драгоценности, а когда Жека сливается со мной, его губы, такие же ласковые как и он сам, дарят негу и моим губам, и грудкам, и всем остальным кусочкам счастливой Анниэль.
Я застонала и раскрылась любимому еще больше. Руки Жеки, казалось, обвили меня со всех сторон, разложили по невидимым воздушным полочкам, страстное дыхание разметало мои волосы по подушкам. Он мой, мой! Потоки страсти горячо набегали и колыхали нас на незримых качелях. Ревущее пламя бушевало внутри, сжигая дотла, чтобы вновь возродить из пепла. Не пламя костра, а степной пожар! Два огненных урагана столкнулись и уничтожив друг друга, взорвали нашу вселенную. Мой крик и рычание Жеки звучали как победный клич на поле боя.
Мы замечательно выспались. Выйдя во внутренний двор обители, чтобы снарядить лошадей, я увидела небо. Оно было голубое и чистое. Бэжка, под управлением азартных, но неопытных наездников, весело носилась по площадке, сшибая зазевавшихся орденцев, разметая запасы фуража и дров. Уворачиваясь от несущейся Бэжки, Уайда не преминула незаметно сделать подножку встреченному обитателю. Переполох нарастал. Кого-то сегодня накажут!
Мы предусмотрительно отвели лошадей подальше, чтобы не стать, как сказал Жека, «жертвами технического прогресса». Мой мальчик иногда так забавно выражался! Он захотел вмешаться в процесс выездки Бэжки, но, встретив критический взгляд одной серьезной эльфийки, срочно обуздал педагогические наклонности. Подруги меня поддержали.
Вскочили на лошадей. Воины сопровождения уже сидели верхом, ожидая нас. Майта отточенным жестом бросила руку вперед, командуя начало движения. Колонна тронулась. Стража у ворот внутреннего двора отдала нам воинскую почесть высшего ранга, торжественно преклонив колено и гордо устремив сверкающие мечи в зенит. Магистр расстарался. Я даже смутилась, мы же не генералы. Поймала взгляд Уайды. Она мне подмигнула. Вот ей забавно. Мне тоже стало весело.
Домой!
Достаточно света для тех, кто хочет видеть.
Беременность делает красивой любую женщину, просто ты не имел возможности это замечать.
Я встречал жен и Анниэль с Жекой, стоя у входа в дом. Корзинка с детьми повесил на грудь. Четверка путешественников в сопровождении двух десятков ветеранов ордена Знающих въехала на лужайку. Всадники спешились и разгружали вьючных лошадей. Первым подошел командир эскорта.
— Командор, ваши маги и жены не испытали в пути никаких неудобств.
Усмехнулся про себя. А натертые седлом попы?
— Спасибо, сержант, прошу отобедать. Дальше действуйте по собственному усмотрению.
Подозвал мажордома с помощницами, раздал поручения. Подбежали жены. Мои любимые девочки. Целуя и обнимая их, осмотрелся вокруг. Что?
Аура Анниэль горела, как полноцветная звезда. Лишь вполовину меньше, чем аура моей Уайды, которая, кстати, тоже уплотнилась. Как же Анниэль удалось так, раз в восемь, насытить плотность? А в глубине ауры увидел искорку новой жизни. Жека — молодец! Я счастлив, что мои соратники и друзья смогли зачать ребенка. Когда только успели?
Жены гладили не только меня, но и светлые головки наших детишек. Прикусив любимое ушко львицы, я прошептал. — Присмотрись к Анниэль.
Львица отвернулась, глядя на эльфийку. Потом я увидел сияющие глаза жены.
— Она беременна! — на полузвуке ответила она и мигнула девочке. После перешептывания, счастливых жен стало в два раза больше. Дети засмеялись при виде улыбающихся мам.
— А когда ты подаришь нам новых детишек? — также негромко спросил я Уайду.
— Скоро. Когда Ульму и Ульме исполнится три года, мой цикл возобновится, — она чмокнула малышей и продолжила. — Но, у Майты цикл восстановится уже через пять месяцев. Так что приготовься к плодотворному воздействию на нас, будущий молодой отец.
— Ох, какая же ты у меня любимая! — я прижал львицу себе.
— А я? — услышал жалобный голосок девочки.
— Ты моя навсегда. И я без тебя никуда. Могла бы уже усвоить, милый сотник. Если вновь забудешь, буду шлепать по одной круглой попке до полнейшего запоминания этой истины. Мы тут обсудили с Уайдой один тайно-заветный секрет, а потому никому о нем не говорим и волнуемся, как бы не похитили. Но, скоро ты все узнаешь. Сама.
