Ресницы девушки задрожали, и она приоткрыла глаза, а затем еще шире, когда увидела меня.
– Тссс. Не шевелись, скорая помощь уже едет. Кто ж тебя так? А, девочка?
Она смотрела на меня с испугом и ее глаза начали наполняться слезами.
– Ну, тихо, тихо. Дыши, слышишь?
Она еле заметно кивнула и начала закрывать глаза. Бля, сейчас снова отключится. Ну, где эти гребаные врачи?
Как там этот на улице говорил, ее зовут?
– Наталья! – она снова открыла глаза, и теперь ее взгляд был удивленным. – Дыши носом глубоко и слушай мой голос, не теряй сознание!
В двери тихо постучали и вошли доктора скорой помощи. Потом начались вопросы, на которые я не мог ответить, не зная язык. Приехала полиция с переводчиком. Фрау увезли в больницу, а меня начали допрашивать.
– Вы говорите, что она сама в ваш номер пришла? Почему?
– Я не знаю, я уже говорил. Возможно, обратиться за помощью, а, может быть, просто дверью ошиблась. Она остановилась в соседнем номере.
Полицейский что-то сказал на немецком языке сотрудницам отеля, и те испарились из номера. Сам тоже встал и вышел в коридор.
– Меня подозревают? – спросил я у переводчицы в полицейской форме.
– Официально подозрение не выдвинуто. Мы разбираемся. Сейчас посмотрим записи с камер видеонаблюдения. Если ваши слова подтвердятся, будете свидетелем. Если же нет, вам придется поехать с нами.
Боже, сюр какой-то! Приехал, поснимать альпийскую зиму, бл*ь!
Несмотря на то, что время уже близилось к шести утра, сон, как рукой, сняло. Я сидел на стуле, обхватив голову руками, и смотрел в одну точку.
А если они не докажут мою невиновность? Что будет дальше? Что тогда будет с Маринкой? Нет, этого не может быть. Это просто бред. Сейчас они увидят по камерам, что она пришла сама, и меня отпустят.
А еще лучше, если я просто уснул за работой и мне это все снится. Я ущипнул себя за руку, но, к великому сожалению, убедился, что не сплю. Бред! Просто бред какой-то!
В комнату снова вошел полицейский, сел напротив, положил на стол документы, а затем открыл паспорт и начал оттуда переписывать данные фрау.
Передо мной лежал бейдж с цветным фото, с которого улыбалась фрау. Молодая, красивая, счастливая. Я впервые нормально мог ее рассмотреть: у нее красивые глаза и улыбка. Вообще, красивая женщина.
Правее от фото написано что-то на немецком языке, а ниже на русском: «Симченко Наталья, переводчик».
– Когда и при каких обстоятельствах вы видели потерпевшую ранее?
Я начал рассказывать о том, что неоднократно встречал ее с каким-то мужчиной в ресторане отеля, что однажды видел в городе, в кафе – словом, все, как было на самом деле.
Умолчал только о самой первой нашей встрече, когда я постучал в ее номер тогда, рано утром.
– Когда вы в последний раз видели эту девушку до сегодняшней ночи?
– Вчера днем. Сначала она обедала с мужчиной. Потом она подошла ко мне в ресторане и заговорила на немецком языке. Я ничего не понял из ее слов, после чего она ушла.
– Хорошо.
– Франц! – раздался низкий мужской голос из коридора. В комнату вошел еще один полицейский и начал живо что-то рассказывать первому. Вдруг их речь оборвалась, и они обратились ко мне, протягивая какую-то фотографию, распечатанную на черно-белом принтере.
– Вы узнаете этого человека?
Я взглянул на фото и опешил. В кадре была фрау с мужчиной, в котором я узнал того самого, что следил за мной в городе.
– Да, я видел этого человека позавчера. Я снимал виды города, когда вдруг обнаружил, что он следит за мной. Он ходил за мной следом на протяжении нескольких часов.
– Почему вы не обратились в полицию?
– Мне нечего было заявить. Он ничего мне не сделал. Просто ходил и смотрел.
Полицейский молча кивнул, что-то записал в какой-то бланк. И, бубня, что-то ответил.
– Мы проверим по городским камерам данные вами показания.
Черт! Еще не хватало, чтобы они увидели, как я заломал этого придурка прямо в центре города на глазах у людей! Сейчас мне точно за уши притянут связь и с ним, и с этой Натальей и повесят на меня все, что только можно.
Стоп, так это он, этот сцыкливый козел ее так?! Зря я ему сразу ноги не вырвал!
Тем временем полицейский продолжал что-то говорить, а переводчица доносить до меня мои права:
– Вы должны оставаться в городе, пока пострадавшая не сможет дать показания. После этого, возможно, вам разрешат выехать из страны.
– Это когда? Когда вы сможете допросить ее? У меня же виза. Я должен покинуть территорию Австрии не позднее 25 декабря.
Полицейские пожали плечами.
– Все будет зависеть от ее состояния. Но вы не волнуйтесь, мы разберемся во всем максимально быстро. У нас уже есть кое-какие данные. Вы пока можете передвигаться по городу, но не выезжать за его пределы. Также рекомендуем обратиться в консульство вашей страны за помощью.
Спустя пять минут, полицейские ушли. Пришла горничная, чтобы заменить мне постельное белье, т.к. на месте, где лежала Наталья, остались кровавые пятна. И уже когда все покинули мой номер, я налил себе стакан воды, выпил ее залпом и почувствовал, насколько оглушительной может быть тишина.
