Здесь было уже немного посложнее. Помимо официального государственного межгалактического, существует еще шестнадцать языков, на которых люди говорили до объединения в Федерацию. Так как у них тут демократия, то иная культура не искореняется, а приравнивается к «региональным обычаям» и доступна для изучения.
Экзамен второго курса состоял в проверке знаний десяти самых распространенных наречий из шестнадцати по той же схеме, что и в первом курсе. Так что пока функция автоправописания определяла язык и через подключение к СтарНету запоминала все правила грамматики, я все с тем же безудержным энтузиазмом зачитывала речитативом предложения одно за другим, делая паузу только для того, чтобы нажать кнопку [Далее].
Десять наречий – десять предложений – и тридцать полных баллов у меня в кармане снова, хотя для прохождения этого экзамена было достаточно всего трех баллов. Программа академии не требовала от студентов-лингвистов знание всех наречий Федерации. Одного-двух вполне достаточно. Если верить словами самой Альмы, то куда больше здесь ценится знание иностранных языков.
Альма ненадолго подвисла, глядя на такой результат, после чего, как я подозреваю, пошла заново генерировать заранее составленные предложения, решив проверить на мне все двояко трактуемые правила и самые редкие исключения из них в следующем, третьем курсе экзамена.
Когда я увидела эти фантастические многобуквенные конструкции, я не могла не восхититься семью поколениями предков Альмы и их великой способностью сношаться с корабельной мачтой. И так как восхищалась я на своем родном языке пушту, озорная любительница мачт не поняла ни слова.
Так как с каждым курсом сложность повышается, то на третьем этапе мне было предоставлено всего шесть оставшихся наречий, но их грамматика оказалась на порядок сложнее. С учетом игривости одной ИИ с каменным лицом, могу сказать, что следующие двенадцать предложений (по два на знание каждого из шести наречий) были самыми многоярусными и зубодробительными из всех, что мне пришлось произносить.
Уже на этом этапе мне захотелось потребовать у своей Альмы-матер диплом эксперта по языкам федерации и медаль за заслуги перед собственным языком, который чуть ли не в узел завязался от всех этих речевых оборотов. На моей памяти не так уж и много людей могли похвастаться совершенным знанием семнадцати языков.
А ведь экзамен только начался, это всего третий курс.
Вот так незаметно между мной и Альмой завязалось спортивное противостояние. Те, кто говорят, что филологи-лингвисты-переводчики живут скучной жизнью, не видели нашу зарубу с ИИ. Вот где мясо было. Готова поспорить, что пока я выдавала свои ответы, у нее от напряжения парочка плат перегорела где-то там. Тем не менее, никто сдаваться не собирался.
Сказать по правде, никогда не подумала бы, что экзамен на умение пользоваться программой-переводчиком станет для меня более захватывающим, чем тест на военное дело или неведомое ранее кораблестроение. Однако факт остается фактом, и на четвертый курс я перешла с глазами, горящими боевым азартом, и полными баллами по всем наречиям Федерации.
Альма даже недовольно швырнула мне на почту подписанный и зарегистрированный в СтарНете сертификат продвинутого лингвиста, который подтверждал, что я стала одной из двадцати четырех ныне живущих в Федерации людей, которые смогли выучить все семнадцать языков нашей необъятной.
На четвертом курсе Альма проверяла знание языка нашего ближайшего соседа – Империи. Эта страна имела масштабы лишь немного меньше Федерации, однако включала в себя не только гуманоидные расы.
Сказать по правде, я только в этот момент узнала, что существуют иные формы разумной жизни, однако мой переводчик и здесь оказался на высоте. Предложения были простые, однако на каждое давалось всего двадцать секунд, что для человека было уже не такой простой задачкой. К счастью, автоправописание и синхронный перевод моей программы сделали эту задачу такой же легкой, как и предыдущие три курса.
В Империи было шестьдесят официально зарегистрированных языков. На четвертом курсе тестировали знания по двадцати из них, а на пятом по оставшимся сорока. Таким образом за несколько минут я подтвердила знание всех шестидесяти языков и перешла на следующий уровень.
Шестой курс состоял из вопросов на знание более редких языков народов оставшегося исследованного космоса. Всякие там сектоиды, воздухоплавающие осьминоги и прочая нечисть, имеющая хотя бы какой-нибудь способ вербального общения, была собрана в этом тесте. Конечно, в СтарНете имелись кое-какие сведения по их речевым особенностям, но чем менее изученной была раса, тем меньше было про нее сведений. Однако и здесь мой переводчик не сплоховал.
Когда я за четыре минуты ответила на сорок три вопроса, Альма подвисла, пытаясь рассекретить мой способ жульничества, а когда не смогла, прислала еще два сертификата – за языки Империи и речь диких народов.
