Она режет его словно нож
Ведь тебе одного меня мало,
Гордо платьем махнёшь да уйдёшь
Оттого не стыдясь в разных барах
Она смачно целует фрейлин
И кавалеров невзрачных,
Пока я плачу один..
Босиком и в пижаме, искав её
Позже оббегал я все кабаки,
Моя Мальвина не берет трубки,
Моя Мальвина молчит на звонки
Если быть откровенным, то с юностью
Я б выблевал всё, что я чувствую
На меня, услыхавши об этом, Мальвина
Невинно глазеет с сочувствием
«Ох и ах, Мальвина-Мальвина,
Хочу лишь чтоб меня одного
Ты всем сердцем навек полюбила»,
Как тоскливо, что твои фавориты
Лишь, увы, пресловутый цинизм
И с вокзала в стаканах вино.
– Это странно и я не совсем понимаю, о чём ты, – сказал Азриэль, внимательно слушая подружку, – а почему Мальвина?
– Я слышала, как ты рассказывал Меррелейн о том, – немного смутилась Мэйшес, не желая, чтоб Азриэль подумал, что она подслушивала – что тебе нравятся платья…
– Это очень мило – маленький юноша, чуть улыбаясь и подойдя поближе к Мэйшес, погладил её по голове. Мэйшес, улыбаясь в ответ и довольствуясь тем, что он прикасается к ней, тихо радовалась в глубине души тому, что ему, кажется, понравилось то, над чем она старалась. Они ещё поболтали ко взаимному удовольствию. Четыре часа пролетели незаметно. Где-то вдали вновь прокричали птицы.
– Уже много времени прошло, – подметил мальчик, – нам пора, иначе нас точно спохватятся!
– Я не заметила, – спокойно сказала Мэйшес, глядя ему в глаза, она рассматривала в них своё отражение и блики от сияющих пушистых облаков – мы же ещё побудем здесь вот так?
Мэйшес встала, дожидаясь, пока Азриэль наденет обувь. Дети засобирались и выйдя с лужайки, направились обратно в детский сад, глядя друг на друга немного потрёпанных:
– Тебе всё понравилось? – спросил мальчик, смотря на поправляющую волосы подружку.
Она кивнула:
– Ну, значит увидимся.
Сказав это, Азриэль вновь слегка улыбнулся и двинулся по лесной дорожке чуть вперёд. На сердце у маленькой леди после его слов стало как-то теплее. Улыбка, которую она старалась спрятать, смущённо отворачиваясь, выросла до ушей и Мэйшес неловко скрывала радостное лицо хрупкими ладонями. Она поймала себя на мысли о том, что она почувствовала себя так легко и лишь бы то, что он сказал, не было попыткой подшутить над ней… Она, параллельно наблюдая за его резвящимися на лёгком ветерке голубыми прядями, думала об этом всю дорогу, пока они добирались обратно в детский сад, в котором сейчас, должно быть, ребята начнут пробуждаться после тихого часа.
Глава 7. «LULLABY FOR THE LOST MIND BABY»
Они, как и прежде, тихо обходили забор, смотря за тем, чтобы ни одного взрослого не было на горизонте. Дети шли, пригнувшись и друг за другом, мало ли кто-нибудь решит посмотреть в окна.
Иногда ребята шарахались от показавшихся им шагов и, тихо и тревожно смеясь, быстро забегали за углы небольшого здания, но, к счастью, всё это им лишь казалось. Они быстро разулись в коридоре, чтобы не шуметь обувью, когда они проходили бы через кухню, и приоткрыли дверь в группу, пытаясь незаметно войти в неё и попасть в спальню. Тихий час всё ещё шёл, но ребятам необходимо было поторопиться. На часах было без пятнадцати пять, а им было нужно сделать так, чтоб воспитательница обнаружила всех малышей в кроватях. Ведь если за их отсутствие на обеде они могли бы что-то придумать, то как им объяснять то, где они находились в течении двух часов, отведённых им на должный сон?
– Никого нет, – приоткрыв дверь прошептал Азриэль стоящей сзади него Мэйшес, а затем оглядывающий через дверной проём группу, – теперь надо согнуться и на корточках пройти мимо кухни.
Мэйшес утвердительно кивнула, дав понять, что план мальчика ей ясен.
Они чуть шире открыли дверцу чтобы было можно пройти, стараясь закрыть её обратно и сделать всё бесшумно. Зайдя в большую комнату, дети немного прильнули к стенке, а затем, преодолев на корточках кухню и стараясь быть незамеченными в окошке, на носочках пробежали в спальню.
Из кухни вышла только что болтающая с поварами, и решившая расслабиться за день воспитательница:
– Кто здесь? – она посмотрела за углы стенки, осмотрев всю группу и зайдя в маленький библиотечный уголок. Поняв, что в комнате никого нет, она прошла в спальню, но все дети спокойно спали в своих кроватках. Ни одного намёка, казалось бы, не было на то, что они собирались отходить от сладкого сна.
– Вымотались, малыши, – заботливо улыбнувшись и покачав головой, про себя подумала Антуанэтта и ушла обратно, тихонько закрыв дверь.
Мэйшес, довольная их командной работой, показала Азриэлю жест одобрения, соединив большой и указательный палец, обозначая то, что всё хорошо, но тот, кажется, так устал, что, заняв свободную кровать провалился в сон. Она отвернулась, и согреваясь воспоминаниями об их времяпрепровождении в лесу, тоже решила ненадолго заснуть.
