— Тук-тук. Как себя чувствуешь? — у двери стояла Гермиона с маленькой плетёной корзинкой в руках. — Я принесла тебе немного еды. Подумала, что ты, наверное, голоден.
Драко и правда проголодался. Но он планировал совсем не такой вечер.
— Я хотел отвести тебя на нормальный ужин, — ответил он.
— Здесь хватит на двоих, — усмехнулась Гермиона. — Я подумала, что как только мадам Помфри выпустит тебя, мы могли бы прогуляться. Ночь просто чудесная.
— Хитрая ведьма, — усмехнулся Драко. — Не беспокоишься, что кто-то нас увидит?
— Уже почти отбой. Студентам нельзя в такое время покидать гостиные, — покачала она головой.
— Можно подумать, тебя это когда-нибудь останавливало, — иронично изогнул бровь Драко.
— Знаю, в это трудно поверить, но с тех пор, как мы с Гарри и Роном выпустились, здесь стали уделять куда больше внимания порядку и обучению.
— Хочешь сказать, больше никаких смертоносных змей, живущих в канализации и взглядом обращающих беззащитных детей в камень? Никаких секретных армий детей, обучающихся боевым заклинаниям в Выручай-комнате после занятий? — рассмеялся он.
— Ты забыл упомянуть о неконтролируемых дементорах, рыскающих по территории школы для нашей «защиты».
— И как после такого я могу сказать «нет»? — усмехнулся Драко. — Особенно когда рядом со мной будет бесстрашная защитница, способная справиться со всеми монстрами разом.
— Монстры, безумные бладжеры… я надеру зад любому, кто попытается обидеть тебя, — улыбнулась она.
— Мой герой, — рассмеялся Драко.
Комментарий к Старик
¹Перелом шейки бедра, обычно случается у пожилых пациентов с остеопорозом, то есть с истончением костной ткани, на что, по-видимому, и намекает Скорпиус.
========== Свидание у озера ==========
Скорпиус брёл в подземелья, размышляя о странном поведении отца. Он сказал, что не спит с профессором Грейнджер, — но это ещё не значило, что он ею не интересуется. Ещё ни одна женщина не заставляла его так странно себя вести. И Скорпиус мысленно перематывал их разговор снова и снова.
— Она тебе нравится?
— Ты расстроишься, если да?
Скорпиус не смог сказать ему правду. И почему? Теперь в нём всё больше крепло подозрение, что, ответь он честно, было бы не о чем больше разговаривать.
— Ты расстроишься, если да?
— Да.
Драко бы вздохнул. Попытался скрыть огорчение от своего сына.
— Хорошо. Полагаю, она мне не нравится.
Его отцу действительно нравилась профессор Грейнджер. Это было совершенно очевидно. И Скорпиус знал: если отец подумает, что это действительно беспокоит его, он не сделает ни единого шага к ней. Не потому, что у Скорпиуса была симпатия к ней — уж теперь-то он понимал, насколько это глупо. В конце концов, она годилась ему в матери и являлась его учителем. И хоть эти факты никак не усмиряли бабочек в его животе, просыпавшихся каждый раз, когда он заходил в её класс, Скорпиус знал, что это всего лишь парочка самых упрямых и что и они в конце концов исчезнут. Он начал обращать внимание на девушек своего возраста, как и советовал ему отец. Но почему это всё-таки его расстраивало? Потому что она была его учителем? Или из-за каких-то других, более эгоистичных мотивов?
Скорпиус не был наивным. Он знал, что его отец и мать провели мало времени вместе, прежде чем она умерла. И он не испытывал детской ревности, нашёптывающей о том, что придёт другая женщина и вытеснит все воспоминания о матери. Но немного беспокоило то, что кроме него самого у отца появится кто-то ещё, кого он полюбит. Или дело было вообще не в отце, а он просто завидовал.
Но это было не совсем честно, верно? Скорпиус подумал, что его отец и так был одинок всё это время. Скорпиус не хотел для него такой жизни. Если кто и заслуживал счастья, так это его отец. Но всё же…
Это обязательно должна быть она? Профессор Грейнджер была не просто женщиной. Она была образцом совершенства. Его отец безнадёжно влюбился в неё, но ещё до того, как он это осознал, это уже касалось не только их двоих. Всегда было так — Скорпиус и его отец против остального мира. А если профессор Грейнджер будет с ними, ему что, придётся называть её мамой?
Не будь придурком, Скорпиус. Это было бы более чем просто нелепо.
Из-за своей задумчивости Скорпиус едва не влетел в кого-то рыжеволосого и одетого в красную форму. К счастью, у этого кого-то были отменные рефлексы, и им удалось остановиться до столкновения.
— П-прошу прощения, — запнулся Скорпиус. Он понятия не имел, почему всегда так смущался в присутствии Розы Уизли. Она была самой невыносимой из всех, кого он когда-либо встречал. Но в её синих глазах было что-то такое, что всегда его завораживало. Конечно, если ему удавалось забыть о том, насколько она отвратительна.
— Ничего страшного, — она высокомерно вздёрнула подбородок. Она всё ещё не переоделась из своей формы для квиддича, и на её щеке темнела засохшая грязь.
Скорпиус ухмыльнулся. Она настоящая корова, если даже не представляет, как потрёпанно выглядит сейчас.
— Увидел что-то смешное, Малфой?
