На встрече с Горбачевым в Лондоне 6 апреля 1989 года премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер не только выразила убеждение, что Ярузельский - "выдающийся и честный политик", который "делает все возможное для своей страны на очень сложном этапе ее развития", но и заявила, что предупреждала лидеров "Солидарности" "искать диалог, не ограничиваться конфронтацией. Я сказала им, что никогда нельзя оставлять кресло для переговоров пустым, это ни к чему не приведет, и я вижу, что они прислушались к моему совету".
Руководство ФРГ настолько серьезно относилось к этой сдерживающей роли, что даже летом 1989 года считало, что желаемую стабильность можно сохранить, только избежав изменения всей системы, то есть самого политического перехода. На встрече с Горбачевым 14 июня 1989 года Гельмут Коль изложил свою позицию по венгерскому переходу следующим образом: "У нас довольно хорошие отношения с венграми. Однако мы также не хотим дестабилизации в этой стране. Поэтому, когда я встречаюсь с венграми, я говорю им: мы считаем реформы, которые проводятся в вашей стране, вашим внутренним делом, мы относимся к ним с пониманием. Однако, если вы хотите услышать наш совет, мы рекомендуем вам не ускоряться слишком сильно, потому что вы можете потерять контроль над своим механизмом, и он начнет работать на разрушение самого себя [выделено мной]."
Глава 11. Международный контекст политических преобразований в Венгрии
Политический переход и внешняя политика Венгрии
С конца 1970-х годов венгерская внешняя политика имела особый, относительно независимый статус. Одним из важных аспектов этого особого статуса было то, что он позволил Венгрии развивать интенсивные экономические и политические отношения с западными странами именно в те годы, когда отношения между сверхдержавами находились на низком уровне, невиданном со времен Кубинского ракетного кризиса (см. главу 9). После прихода на сцену Горбачева ситуация изменилась в той мере, в какой советское руководство взяло на себя роль основного инициатора диалога между Востоком и Западом. Инициативный и умеренный характер венгерской внешней политики сохранялся все это время, но теперь лишь в качестве второй скрипки.
Первый качественный поворот во внешней политике - как и переходный период внутри страны - произошел в 1988 году. Этот поворот не был связан ни с отстранением Кадара, ни с майской партийной конференцией, а скорее со значительными позитивными изменениями, которые могли бы обеспечить Венгрии роль своеобразного моста в отношениях между Востоком и Западом, основанных на новом мировом порядке сотрудничества. Эта концепция по-прежнему предполагала сохранение существующих рамок альянса (Варшавский договор, Комекон), но при этом ожидалось, что эти организации претерпят необходимые демократические изменения и, как следствие, перестанут препятствовать Венгрии в установлении отношений с другими странами или организациями, которые бы отвечали ее собственным национальным интересам.
Старая внешняя политика, зародившаяся в 1970-е годы, строилась на относительной автономии, что в просторечии означало: что не запрещено, то (возможно) разрешено. В свою очередь, новая концепция означала - заимствуя термины из правил дорожного движения, - что если полицейский говорит вам остановиться, то, вместо того чтобы падать духом, постарайтесь убедить его пропустить вас. Более того, если вы считаете это оправданным, вы можете даже рискнуть последующим предупреждением, проигнорировав офицера и просто проехав перекресток. Эта новая, динамичная и активная внешняя политика на практике была направлена на достижение своего рода квазинейтралитета, хотя этот тезис никогда не формулировался в явном виде ни для публичного, ни для конфиденциального использования. Однако сегодня мы можем утверждать, что именно так характеризовались усилия Венгрии в период между 1988 и всеобщими выборами 1990 года.
Вопрос в том, как этот новый подход повлиял на шесть важных областей: (1) венгеро-советские отношения, (2) конфликты со странами советского блока, (3) реорганизация Варшавского договора и вопрос нейтралитета, (4) сокращение военных расходов и вывод советских войск, (5) трансформация Комекона и (6) открытие для Запада и присоединение к процессам европейской интеграции.
Виртуальная коалиция Москва-Варшава-Будапешт
