Странное это, всё же, ощущение: смесь отвращения и сострадания к этому сухопутному существу, смесь жалости и презрения. Сирена протянула руку, потрепав девушку по волосам. Та уже не представляла угрозы – и почему-то вызывала желание прикоснуться, как к пойманной акуле… просто, чтобы убедиться, что этот монстр, лишь недавно убивший несколько Живых, такой же живой, материальный, дышащий.
Что это просто пойманный Живой. Такое ж существо, как она сама.
Лиралей чуть дернулась, словно пытаясь отстраниться, но тут же замерла. Пару секунд стояла глубокая тишина. Нага решила немного выждать: нутром чувствовала, что девушка собирается что-то спросить сама, а значит, будет какая-то зацепка для дальнейшего разговора… начальная нота.
- Что вы с ним сделаете? – тихий вопрос лучницы прозвучал на границе слышимости.
- Посмотрим, - Сирена прикрыла глаза. - Скорее всего: казним. Он и так достаточно натворил.
Слабый смех. Девчонка чуть наклонила голову, смотря на Сирену.
- Вы себя на его месте представить пытались? – ядовито и странно-весело поинтересовалась она. - Вас кидают в клетку за преступление, которое даже не факт, что вы ещё совершили, и чтобы выжить вам приходится жрать таких же неудачников, как вы сами… Чтобы потом вас за это же и убили.
- Не факт? – Слитис тихо рассмеялась. - Его вину доказали.
- Да ну?
- Да. Полагаю, он тебе всё рассказал по-своему? Неужели ты ему веришь? Он много кого обманывал: иначе бы не выбрался с Рифа. Так что, наговорить он всего мог. К тому же, я знаю, что произошло на самом деле.
Чуть полыхнувшее в золотистых глазах пламя.
- А с чего я должна верить вам?
- А с чего, - мягко парировала Сирена, - Ты веришь ему?
- А какое вам дело?
- Я задала вопрос.
- Я первая.
Улыбка на лице Лиралей откровенно пугала. На войне, допрашивая тех Левиафанов и предателей-слизеринцев, кого удавалось изловить живьем, она не раз видела полубезумные ухмылки – и они были понятны. Но мимика этой девчушки недвусмысленно намекала как раз на холодную трезвость сознания – ни грамма паники, ни капли страха или ярости.
Ни единой ноты безумия – и оттого её искренняя и наглая улыбка пугала.
- Хорошо…
Времени было более чем достаточно, да и Сирена не надеялась на очень короткий разговор. Если девчонка такая наглая, то к интересующим ответам придется подводить аккуратно и мягко. Возможно, для этого даже придется говорить с ней, как с ребенком. Впрочем – она действительно много младше, лет на десять, самой Сирены…
- Наверняка он тебе сказал, что никто не стал разбираться? Улик слишком много было: и все были против него. Так вот, поверь, разбирались. Немного позже, но разбирались. Возможно, ты знаешь о том, как вскрывают память трупам? Мне потом уже всё это один из стражников там рассказал. Честно, я не знала тогда, что и думать. Разве что «утешили», что, мол, не выживет он на Рифе и несколько суток – в таком-то возрасте туда попасть! – а потому… «забудь – и всё».
Слитис чуть заметно улыбнулась.
- Когда я услышала его имя недавно, я даже не поверила сначала, что он выжил. Хотя… это уже не тот, кого я знала.
Лиралей тихо хмыкнула.
- Значит, всё-таки он сделал, - спокойно сказала она. - Что ж, думаю, вам стоит это ему сказать. Хотя бы сейчас, хоть это и так поздно. Он сам ничего не помнит.
Сирена усмехнулась.
- Ты действительно веришь, что он не помнит?
Ироничный взгляд лучницы – и молчание.
- Ты действительно веришь, - продолжила Слитис, уцепившись за первую возникшую догадку, - Что всё то, что он тебе сказал – не более чем чушь, выдуманная только, чтобы тебя использовать?
Лиралей негромко засмеялась, почти тут же закашлявшись. Смеялась она искренне – но вместе с тем достаточно зло, почти раздраженно.
- Ха. Хаха… А вы, я смотрю, - она кое-как поднялась на колени, - Очень любите строить предположения, не зная вообще ничего…
- Ничего? – мило улыбнулась Сирена. - Что ж, расскажи, чего я не знаю.
Молчание – и странная улыбка, бродящая по лицу девушки. Слитис уже хорошо понимала, насколько промахнулась с очевидным, казалось бы, и в то же время, ошибочным предположением. Уже произошедшее на площади на корню перечеркивало подобную догадку, а в лучшем случае, просто сводило её на нет, заставляя искать другие причины. Однако и подобные ошибки, как и реакция на них, могут послужить хорошим подспорьем для продолжения разговора. Медленно и аккуратно: как голос сплетает песню, так и сейчас она незаметно доберется до сути. Просто дотронуться до нужных струн в душе, прислушаться к их звучанию – и продолжить мелодию, медленно перебирая тона, выводя из общей какофонии нужную нить.
- А скажи, почему ты за ним вообще идешь?
- Скажем так: он меня спас.
- Вот как? Неожиданно… и это всё?
