— А разве нет? Ты изучал заклинания, потому что тебе так сказали. Позже, причем куда позже, чем следовало — стал делать это, чтобы были шансы выжить. Неплохо набил руку в дуэлях, даже освоил редкую магию своего врага, что неплохо, но ты никогда не задавался вопросом, как работают эти чары, почему именно так, за счёт чего их можно сделать сильнее? Ты научился пользоваться готовыми решениями, но не умеешь и не хочешь изучать скрытую в них суть. Это путь многих волшебников, но мне он претит, — ответил Кайнетт снисходительно. Тех, кто предпочитал использовать магическое искусство как средство для решения повседневных проблем, в Часовой Башне называли «заклинателями» и за полноценных магов не считали. В этом мире и в этой школе таких оказалось большинство за довольно редкими исключениями. Настолько, что некоторые исключения даже пришлось создавать самому. — Лонгботтом может часами говорить о каком-нибудь эндемическом папоротнике. Грейнджер уже создаёт свои собственные заклинания. Ничего подобного я не смогу сказать о тебе.
— То есть проблема только лишь в этом? Даже если прямо сейчас нам не помешают все доступные возможности и силы? — спросил Поттер резко. Но у него хотя бы хватило ума не спорить с очевидным. — Ты вряд ли в курсе, однако скоро эта новость разойдётся по школе: Амбридж, заместитель министра, сбежала. Дамблдор сказал, что это не похищение, она именно сама решила скрыться. Скорее всего, побежала к Тёмному лорду, пока её не успел сдать кто-то из подчинённых. Причём не она одна так вот пропала, есть и другие чиновники, не с самых последних должностей и не только из её окружения. Тот-кого-нельзя-называть уже давно пытался пробраться в Министерство, чтобы захватить его или уничтожить и потом править на руинах. Даже показания того типа из подручных Лестрейдж, которого крёстный и Люпин отдали аврорам, не помогли выловить всех.
— Откуда такие подробности? Или это лишь догадки?
— Это показания тех, кто вместо такого же побега решили прийти к аврорам и признаться в том, что связаны с Пожирателями. Их тоже не так уж мало. И это ещё одна причина, почему я хочу поговорить с тобой.
— Чувствуешь вину, что сумел перетянуть обратно предателей «своей» харизмой против их воли? — с усмешкой уточнил маг.
— Нет. Кто-то из них пришел бы и сам. Дело не в них, а в том, как быстро они выдают всё, что знают или о чём догадываются. Дамблдор говорит, нам уже известно, где примерно находится убежище Реддла, осталось лишь уточнить детали. Скоро будет штурм: быстро, пока Пожиратели не успели сбежать и оттуда. Самое главное там сразу обрубить аппарацию и камины, потом авроры будут прорывать оборону, а в конце вмешается директор… и я, как его ученик.
— Чтобы исполнить пророчество?
— Да, я должен буду убить Тёмного лорда, чтобы всё сработало наверняка. Если план пройдёт идеально — просто добить раненого и оглушенного, — добавил волшебник тише.
— От нашей группы или клуба потребуется какое-то участие? — уточнил маг наиболее важные моменты. — Прикрыть тебя?
— По планам — нет, мы должны справиться сами. Но я бы не расслаблялся, просто на всякий случай. Дамблдору может прийти очередная невероятно гениальная идея. Или тебе, — ядовито добавил он. — Или Гермионе. Но пока решено, что я пойду один, то есть вместе с директором.
— Что ж, тогда тебе был нужен лишь совет? Целься в голову.
— Прошу прощения… что? — растерялся волшебник от такого предложения.
— Он сейчас в теле гомункула, а значит, может выжить и с пробитым сердцем или сломанной шеей, — начал подробно объяснять Кайнетт. — Точнее расположение крестража мы теперь не знаем. Однако мозг связывает вместе душу и тело волшебника, потому нужно или разрушить его, или всё тело с крестражем внутри…
— Да я же совсем не об этом говорю! — воскликнул Поттер, почти подскочив на месте.
— Разве? Тогда о чём? — удивился такой реакции маг.
— О том, что мне придётся убить человека, — волшебник взмахнул рукой, словно пытаясь разрубить воздух перед собой. — Возможно, даже не в бою, а на глазах у всех казнить того, кто уже не сможет сопротивляться. Мы с ним уже сражались раньше, но это не одно и то же.
— Всё ещё не вижу проблемы. Мог бы спросить совета и у Грейнджер.
— Я как раз спросил. Она сказала, что на моём месте смогла бы это сделать. И добавила «я веду войну… и я ненавижу войну», как будто это должно всё объяснять. После этого к Луне я подходить даже не рискнул.
— Но пришел ко мне?
— Тот раз у меня в голове, — ответил Поттер тихо. Он не любил это вспоминать. Но сейчас было необходимо. — Я хорошо запомнил, как ты его убивал. Без сомнений, без разговоров, раз за разом, снова и снова. Это было не по-настоящему, но ты ведь считал, что окончательно убьёшь Реддла, когда достанешь крестраж. Это я и пытаюсь понять. Как ты это делал? И как так же сделать мне?
