Hydrargyrum полностью

— Scalp, — на всякий случай маг всё-таки отрубил оборотню голову и только после этого жестом указал сквибу в сторону бывшей пристройки, откуда тоже доносились крики и выстрелы, а сам с помощью ртути вырезал проход в ближайшей стене и направился к главному залу.

Миновав ещё один пустой коридор, Арчибальд вышел к нужному месту. В довольно большой прямоугольной комнате, сейчас такой же обветшалой и заброшенной, как и всё вокруг, нашлись два человека. Один, очередной военный, слепо шарил по земле, пытаясь отыскать обронённое оружие, немного в стороне от него Петтигрю привалился к стене, направив палочку на себя. Волшебник негромко бормотал исцеляющие заклинания. Похоже, нужно будет похвалить ученика за инициативу — его фокус с гранатой, без сомнения, доставил обитателям этого зала достаточно проблем, чтобы они не могли пока вмешаться в сражение.

— Петрификус, — первым делом маг парализовал солдата, затем направил палочку в сторону анимага. — Ступефай Дуо.

— Протего! — тот успел не только распознать угрозу, но и выставить защиту резким взмахом, так что кинетическое заклинание без вреда отразилось в одну из стен, выбив несколько камней.

Однако вместо того, чтобы устраивать дуэль, Питер с неожиданной для него быстротой бросился к массивному столу в центре зала, заваленному разнообразным хламом и, похоже, где-то найденному или банально украденному волшебниками. Кажется, Петтигрю пытался дотянуться до стоящей чуть в стороне от всего остального массивной чернильницы, потому Кайнетт поступил, как и требовалось в такой ситуации:

— Экспульсо.

Заклинание разметало различный хлам и развалило стол надвое, а через мгновение взорвался и сам предмет, очевидно, служивший порталом. Пространство на долю секунды исказилось, сотни обломков бронзы и латуни не просто разлетелись, а буквально возникли из пустоты в самых разных местах вокруг — в воздухе, в земле, внутри стен, при этом некоторые повисли неподвижно, а другие двигались в самых непредсказуемых направлениях. Кто-то вскрикнул и тут же затих в соседнем зале, ртуть сформировала круговой барьер, защищая хозяина от нескольких осколков, и тут же вновь свернулась рядом крупной каплей.

— Инкарцеро, Петрификус.

Маг всё ещё пытался взять Петтигрю живым и относительно целым. Но, к сожалению, при затратах энергии на поддержание ртути ему были доступны лишь самые слабые заклинания. Волшебник, отделавшийся при взрыве портала лишь парой порезов, без слов создал щит от магии и попытался повторить в прошлый раз удавшийся трюк:

— Иммобилюс.

Синяя вспышка, мгновенное движение металла, формирующего защитный купол, который отразил магическую атаку за счёт сопротивления. Стоило завесе опуститься, как маг предпринял новую попытку захвата:

— Петрификус, Импедимента!

— Протего. Бомбарда, — волшебник легко отбил пару слабых заклинаний, а затем взорвал пол, даже не целясь в противника.

Когда прошла ударная волна и разлетелись все поднятые в воздух обломки, ртутный барьер автоматически опустился вновь, открывая взгляду окончательно разгромленный зал и стремительно уменьшающегося волшебника. У выхода на лапы приземлилась уже крыса, чтобы свернуть за угол и исчезнуть в коридорах, ей оставалось меньше пары футов. Просто уронив палочку под ноги, маг выхватил из кармана небольшой стальной шарик и швырнул вслед анимагу, быстро произнёс арию:

— Captis.

Ещё в воздухе сталь развернулась множеством блестящих подвижных нитей, самая длинная стремительно метнулась к крысе, опутывая её и тут же подтягивая за собой всю остальную массу. Не прошло и двух секунд, как тонкая проволока буквально связала животное, вывернув в стороны лапы и пробив тело в нескольких местах, не нанеся, однако, опасных ранений. Магу пришлось во время опытов убить несколько десятков крыс, прежде чем он сумел составить нужный для мистического знака верный алгоритм поведения, который позволит обездвижить нужную цель без риска её гибели.

— Не дёргайся, волшебник, — посоветовал он, подняв свою палочку и приблизившись вместе с послушно скользящей у ног ртутью. — Это, может, и неприятно, но ничего непоправимого, что нельзя было бы подлечить потом заклинанием или двумя. А вот если попытаешься превратиться в человека или просто на полмили отдалишься от меня, эта милая вещь порвёт тебя на очень-очень мелкие кусочки. А ты ведь хочешь жить, верно?

Задавленный писк сложно было воспринять в качестве согласия, однако вырываться крыса прекратила. Снисходительно кивнув анимагу, Кайнетт поднял его за специально оставленную металлическую нить и сказал:

— Вот и я считаю, что живой ты намного полезнее. С мёртвыми договориться легче, но живые сотрудничают намного охотнее, не правда ли? Подожди пока здесь, я скоро вернусь, — добавил маг, убирая крысу в угол и прикрывая каким-то спальным мешком. Даже если путы кто-то попытается снять, он это почувствует.