— Неожиданно разумное предложение, — с энтузиазмом заявила Карин, согласившись сменить тему.
Маг обменялся с Грейнджер взглядами, но было ясно, что без подобных условностей после «выяснения отношений» на виду им теперь не обойтись.
***
— Пламя, двадцать футов вправо и вверх от воронки, — разнёсся над поляной усиленный магией голос.
— Перемена мест! — воскликнула Лавгуд без тени испуга, первой отбегая в сторону от формирующегося прямо в воздухе сгустка огня.
Кайнетт с досадой покосился на компас в руках, стрелка которого равномерно вращалась последние полчаса, затем в очередной раз оглядел ещё один кусок пространства, вырванный замком из реального мира. Судя по всему, когда-то это был ничем не примечательный участок Запретного леса, поросший деревьями и кустами склон пологого холма, каких вокруг школы немало. Однако потом нечто оставило в земле оплавленную воронку в полсотни футов шириной, на дне которой постоянно колышется и течет серебристый туман. Ближайшие к месту удара деревья просто испарило, оказавшиеся чуть дальше — переломало или вырвало с корнем ещё на пятнадцать ярдов от края дыры.
Трава и уцелевшие кусты побелели и стали хрупкими, словно застигнутые морозом, на расщепленных стволах и вывернутой земле лежал иней, хотя деревья вокруг зеленели летней листвой, да и фальшивое солнце с небес пригревало, как в июне. Однако в границах шрама, оставленного лесу неизвестным заклинанием, воздух был холодным словно в январскую метель, и даже согревающие чары и зелья не могли это исправить. Кайнетт определил, что мороз был иллюзорным ощущением от наложенного на местность проклятья, от которого не помогало обычное тепло. Магическое сопротивление работало куда лучше, хотя и расходовало запас энергии, да и меньше половины из дюжины отправившихся на изнанку замка школьников могли пользоваться этим приёмом на должном уровне.
Как будто этого было мало, каждые несколько минут то здесь, то там над поляной формировались вихри, облака острых снежинок, сферы из огня… Прежде чем приступать к поиску чего-то ценного на месте этого побоища, было решено поднять Ирвина на ветку одного из деревьев вокруг поляны, чтобы волшебник контролировал обстановку и предупреждал товарищей об опасности.
Если верить Лавгуд, это место появилось в середине пятнадцатого века, когда одна группа волшебников с континента решила что-то доступно и наглядно объяснить директору Элизабет Бёрк. До замка они не добрались, но бои на подступах шли достаточно суровые, и обе стороны не ограничивали себя связывающими и сонными чарами. Большой участок леса выгорел и до сих пор, если поискать как следует, в чаще можно было наткнуться на пятна застывшей лавы, обратившиеся в стекло пни и мёртвые прогалины, где веками ничего не могло взойти вновь. Очевидно, это место, пораженное проклятьем, оставили в глубине леса до лучших времён, пока чары не ослабнут со временем, однако в какой-то момент Хогвартс предпочел сохранить этот созданный магией пустырь на память о славных временах.
— Всё ещё никаких результатов? — уточнила Грейнджер, приближаясь к нему и кивая на артефакт в руках.
— Да, — вынужден был признать Кайнетт. — Проклятье слишком сильное, просто заглушает всё остальное.
— Диадема должна «светиться» куда сильнее, исходя из всего, что мы о ней знаем.
— Должна. Но гарантий нет, — отозвался маг.
Ещё летом он собрал несложный артефакт, который должен указывать на ближайшее скопление магической энергии. Куда больше времени ушло, чтобы адаптировать его под работу внутри замкнутых барьеров Хогвартса и к тому же внутри искаженного пространства. Доработки пришлось вносить уже в школе, а последнюю калибровку проводить на изнанке замка, когда группа сегодня отправилась на поиски. В паре залов, которые они прошли перед этим, компас исправно работал. Сначала он обнаружил древнее магическое зеркало, потрескавшееся, но ещё способное изменять изображение в пыльном стекле и даже пытавшееся говорить с ними. А потом указал на пару магических тварей, укрывшихся в тенях каменного полуобвалившегося коридора в ожидании людей.
