Судя по нескольким возгласам вокруг, остальные не были с ним согласны. Формулировка задания больше подходила не для школьного эссе, а для монографии в несколько томов, и даже при самом поверхностном подходе к проблеме сначала потребует изучить большой массив информации из источников как волшебников, так и магглов. Но Джеймс вёл себя так, словно не услышал ничего необычного и подобные условия не выходят за рамки всего разумного.
— Похвальное усердие. Интересный вы волшебник, мистер Мерфи, — заметила Аллен с непонятной интонацией. — Уверена, в данной работе вы сможете продемонстрировать свои взгляды и на этот вопрос.
— Я постараюсь, профессор, — скромно ответил он, глядя мимо неё.
— Прекрасно. Тогда вы все можете быть свободны.
По пути Кайнетту оставалось лишь гадать, чем он привлёк её внимание. Может, Элеонора могла чувствовать его отношение? Он ещё не настолько сошел с ума, чтобы хоть на секунду потерять бдительность в присутствии трёхсотлетнего вампира, постоянно ожидал с её стороны угрозы, и эта подозрительность могла оказаться замеченной. Либо «Мерфи» слишком не вписывается в привычную ей схему магглорождённых, полукровок и чистокровных, раз вызвал лишний интерес? В любом из этих случаев она вряд ли стала бы тестировать непонятного ученика с помощью дополнительных заданий по своей дисциплине. Что она бы так могла понять, его отношение к магглам и волшебникам почти столетней давности?
— Жестко она с тобой, — сочувственно произнёс Карл Томпсон, магглорождённый однокурсник Офелии. — Это же завал на пару месяцев. Ты на урок истории с крестом и связкой чеснока, что ли, пришел, Мерфи? Или с чего вдруг такая «любовь»?
— Профессор в своём праве, — возразил маг. — Если она ставит такую задачу, значит, считает, что я способен с ней справиться.
— Про Снейпа ты то же самое сказал бы?
— Да, — вместо него ответила Лавгуд. — Он так и говорит. Джим, наверное, единственный человек в школе, который считает, что учитель зельеварения на самом деле хочет нам помочь и чему-то научить… своим способом.
— Что лучше, невыносимый гений или любезная посредственность? — задал Кайнетт риторический вопрос. — По-моему, ответ очевиден.
На ходу он бросил взгляд на левое плечо ведьмы. Там цеплялась за ткань школьной мантии зелёная шестилапая ящерица с длинным хвостом, которой не было ещё на выходе из кабинета Аллен. На самом деле, этого существа ещё пару минут назад вовсе не существовало в реальности. Поддавшись на уговоры Грейнджер, маг неделю назад сменил подход к тренировкам Луны, и теперь вместо того, чтобы как можно дольше поддерживать свои проекции в материальной форме, она переключилась на воплощение всё новых и новых существ и предметов. Теперь между делом, не отвлекаясь от домашнего задания или от разговора, она уже привычным усилием создавала что-нибудь странное, потом без дополнительной поддержки энергией позволяла исчезнуть или развеивала сама, и после призывала в реальный мир что-то ещё... Идея была не только в том, чтобы довести процесс до автоматизма, но также в отсутствии ясно оформленного приказа, в снятии ограничений, которые накладывает рациональная часть сознания (даже у Лавгуд). Она всё сильнее рассчитывала на своё Начало, вместо обычных заклинаний, а столь фундаментальная для каждого человека вещь, как одно из определяющих свойств души, при правильном применении могла обходить и некоторые законы магии.
— Говорят, профессор Слагхорн на уроках мог сочетать и талант, и манеры, — тихо заметил Эшвуд.
Маг уже хотел ответить, но его внимание ненадолго отвлекла перепалка дальше по коридору. Пара первокурсников с Гриффиндора и Слизерина что-то выясняли на повышенных тонах и были уже готовы перейти либо на палочки, либо на кулаки. Совершенно обычная картина, несмотря на все запреты и угрозы отработок.
— …думаешь, что ты тоже можешь называть себя волшебником? — слизеринец всё-таки потянулся за волшебной палочкой.
— Ага, тупого фанатика тупого Сам-знаешь-кого я забыл спросить… — второй первогодка не остался в долгу.
— Слагхорн лучше подойдёт для младших курсов, — произнёс Кайнетт, тут же забыв о детской ссоре. — Он не ставит достаточно сложных задач, а они необходимы, чтобы постепенно раскрывать свой потенциал.
— Мне кажется, Джим, с тобой согласились бы очень немногие, — возразила Лавгуд. Она бросила печальный взгляд на продолжающих обмениваться «любезностями» первокурсников, но ничего им не сказала. Вновь посмотрела на Мерфи. — Твоё представление о «сложных» и «простых» задачах достаточно особенное, чтобы его мало кто разделял…
Луна уже по привычке простым движением ладони заставила ящерицу на плече рассыпаться искрами. Сделала ещё один жест, слегка поморщившись от необходимого усилия и напряжения в магических цепях ради новой материализации. В этот раз в воздухе возникло нечто тёмное и более крупное, с влажным звуком бесформенная масса упала на каменный пол. Маг даже сбился с шага, разглядев шевелящуюся мешанину из костяных шипов, зубов и тёмных тонких щупалец. Эта тварь всем своим видом остро напомнила ему творения одного безумного барона…
