— Всего лишь устраняю следы, — ответил маг спокойно. Вспомнив кое о чём, отошел к стене и через несколько секунд поднял с пола разрубленный надвое кулон, выглядящий как маленькие песочные часы, вмонтированные в золотой диск на цепочке. Убрал его в карман брюк (плащ для этого уже не годился), а затем быстрыми шагами вернулся к нарисованному кровью кругу. — Авроры будут здесь раньше любых бандитов и полицейских, и им это всё видеть точно ни к чему. Потому тут всё сгорит, и гореть будет так, что они долго не потушат. Заклинание несложное, но несколько жертв усилят его настолько, что тут даже пепла не останется, — произнёс он, указав на лежащие вокруг тела, некоторые из которых ещё слабо шевелились.
— Постой… Хорошо, признаю, ты точно полный псих. И у тебя явно нездоровая тяга к зачистке места преступления под ноль, но об этом мы ещё поговорим. Ладно, погоди тогда, — МакДугалл присел рядом с телом босса Триады, обыскал его, вытащил какой-то небольшой безвкусно отделанный серебром пистолет, затем нечто, напоминающее ежедневник, ключи, ещё какую-то мелочь, всё это рассовал по карманам, и только после этого сказал: — Вот теперь выбираемся. Я тут сам раньше не был, но люди рассказывали. Сейчас пройдем коридор, потом лестница, наверху китайский ресторан. Мы идем через подсобные помещения к черному ходу, а там, если нам очень повезет, будет машина, на которой тебя доставили.
— Да, я тоже надеюсь, что нам повезет, — согласился маг, предвкушающе улыбнувшись. Ему ещё предстояло обсудить несколько вопросов с парой бандитов, проявлявших излишнее служебное рвение. Вытянув руку в сторону, Кайнетт открыл магические цепи и начал читать заклинание на латыни из шести строк. В такт его словам большая лужа крови стала быстро испаряться, к завершению арии повиснув рядом облаком красноватого тумана.
— Что это? — подозрительно спросил сквиб, косясь на него.
— Страховка, только и всего. Armis, — туман за полсекунды сгустился, обрел плотность, и перед магом на полу встала стена из розового льда. — Haze, — стена вновь растеклась туманом. — Ferrum, — в этот раз туман метнулся к одному из тел, в движении превратился в полдюжины тонких ледяных рапир, вонзившихся в него. — Haze. Видите, ничего сложного.
— А мысль здравая, — согласился Альберт. Убрал пистолет в карман и поднял с пола один из дробовиков. — А теперь иди за мной и постарайся не найти нам ещё больше неприятностей. Сегодня мы перевыполнили норму не меньше, чем за полгода.
— А кто в этом виноват? У меня на сегодняшний вечер тоже были несколько иные планы. Однако не судьба.
— Гермиона, ты сегодня какая-то непривычно тихая. Не заболела, случайно?
Грейнджер отвела взгляд от мелькающих за окном поезда полей и посмотрела другу в глаза. То ли это стекла в очках так отблескивают, то ли у него уж слишком честный взгляд, чтобы вопрос не имел двойного дна.
— Хочешь сказать, что я обычно болтаю без умолку, Гарри?
— Не то чтобы, но я думал, что полдороги буду выслушивать весь список книг, которые ты прочла за лето, — простодушно заметил Рон, не обращая внимания на незаметные тычки локтем в бок. — Эй, а что, ты ведь то же самое говорил?
— Всегда ценила тебя за честность, Рональд Уизли.
— Да это… пожалуйста. Но всё-таки, чего на тебя нашло? И потом, я же не говорил, что мы не хотим тебя слушать.
— Спасибо, это было почти мило. А я просто думаю о том, что из меня, должно быть, получился ужасный учитель.
— Ой, ну что ты так серьёзно относишься, если тебе даже за это не платят? Чего тебе этот мелкий вообще сдался-то, что ты так о нём волнуешься?
— Рон, неужели ты ревнуешь? — широко распахнув глаза, театрально воскликнула Гермиона. Покосилась на отвернувшегося, чтобы не засмеяться, Гарри, затем наставительно произнесла уже нормальным голосом: — Да и вообще, Джеймс хотя бы хочет учиться и серьёзно относится к школе, ещё туда не поступив, в отличие от кое-кого. А вы двое пришли практически за пять минут до отправления поезда. А если бы опоздали, то как тогда добирались до Хогвартса? Сомневаюсь, что вы смогли бы сесть на самолёт или на поезд, а следующий автобус в ту сторону будет только поздно вечером.
— Но «Рыцарь» же ходит лишь по ночам, потому и называется «Ночной».
— Маггловский автобус, Рональд. Магг-лов-ский.
— Слушай, ну хватит уже нас «пилить»? В этот раз мы с Гарри совершенно ни при чем, так ведь? Мы выехали рано, но потом вернулись, потому что Фред забыл метлу, потом опять, потому что Джордж забыл свои фейерверки… или наоборот. Короче, мы к вокзалу приехали за двадцать минут до срока, а потом ждали своей очереди, пока авроры и патрульные проверяли у всех сундуки. Ты же знаешь, новые правила. Да, в конце концов, ты же сама стояла у поезда и видела, как нас обыскивают.
— Да, но вас двоих это нисколько не оправдывает.
