Оторвался Арчибальд от работы около двух часов ночи. Оставив книги на столе вокруг большого листа со сложной схемой магической структуры своего мистического знака, он добрел до небольшой двери в основном зале бункера, снял ещё пару барьеров и вошел внутрь. Обстановка в тесной комнате была минималистическая: небольшая кровать, узкий шкаф, стол с лампой, да картина на стене. Простой портрет — рыжая девушка лет двадцати пяти с красивым аристократичным лицом и холодным взглядом. Сола-Юу, дочь старой магической семьи Нуада-Ре, невеста Кайнетта, так и не успевшая выйти за него замуж. Картину он рисовал сам, без магии или каких-то ритуалов — так, как запомнил свою возлюбленную. Закончил работу маг позавчера, одиннадцатого марта. День смерти Солы в том мире. И самого Арчибальда тоже, но это было не так уж и важно.
Маг продолжал стоять перед портретом, не отводя взгляда в сторону. Прошел уже год с появления в этом мире — достаточный срок, чтобы успеть смириться и с потерей своего рода, и с уничтожением наследия предков и дела всей жизни, даже с утратой собственного имени и большей части сил и возможностей. Но со смертью Солы он смириться так и не смог. Старался о ней не думать, не вспоминать, загрузить себя делами, благо первые месяцы, когда приходилось выживать на каплях магии, не оставляли ему много свободного времени, а после вал новой информации требовал отдавать каждую лишнюю минуту чтению, расчётам и экспериментам. Однако воспоминания никуда так и не исчезли. О подлости ученика, о вероломстве Слуги, о собственном проигрыше от рук ничтожества, после чего Сола была вынуждена сама вступить в войну, о своих колебаниях, когда выбор встал между шансом на победу и её жизнью. Он сам взял её с собой, вытащил из безопасного особняка в цивилизованном Лондоне и привёз на край мира для участия в битве за артефакт, который даже не был ему нужен. И хотя причиной его проигрыша и смерти стало множество факторов, на которые он не мог повлиять, но вот в смерти Солы в первую очередь был виноват он сам, не сумевший защитить свою невесту от мерзкого убийцы, презирающего и законы людей, и законы магов. Он не отступил, пока мог, пошел до конца, не думая о ней, и вот чем всё закончилось.
И ещё он понимал, что даже будучи талантливым магом и посвятив три десятка лет изучению смерти, призраков и духов, исправить он ничего не сможет. «Прикосновение небес», истинная магия, позволяющая сохранить душу после смерти, была утеряна в том мире тысячу лет назад. В этом артефакт, способный воскресить человека, считался легендой среди волшебников, и даже он по мифам и сказкам был лишь фальшивкой, не возвращая к полноценной жизни. Да, Кайнетт сам сумел создать неполноценную имитацию чуда, пожертвовав в процессе многим, но вряд ли он бы смог в своё время сотворить такой же маяк для Солы, чтобы в случае непоправимого её душа осталась в мире. Там требуется долгая и тонкая работа с духами, личные договоры — нужно самому быть хорошим спиритуалистом, чтобы повторить тот редкий ритуал, и то успех отнюдь не гарантирован. Таким образом, никакого выхода нет, если только среди тайн этого мира не найдется нечто, сравнимое с «Прикосновением небес», с истинной магией, но шансы на это ничтожно малы. Потому ему придётся и дальше жить, помня, что он стал причиной смерти Солы и исправить это уже никак нельзя.
А ведь, что хуже всего, если он в самом деле собирается заново основать здесь свой род, то через десять или двадцать лет придётся жениться вновь. Подобрав невесту по происхождению, личной силе и потенциалу, чтобы максимально усилить семью и будущие поколения. Но если в прошлый раз ему повезло и среди кандидаток оказалась Сола, которую он искренне полюбил, то кто может знать, как всё обернётся в этом мире? Остаться одному и без наследников нельзя, долг мага не позволяет. А значит, придётся терпеть рядом с собой чужого человека, который ему безразличен — как многие маги его круга. Один раз ему повезло получить идеальный со всех сторон вариант, и он сам уничтожил этот уникальный шанс. Второго раза такой щедрости от судьбы точно не будет. Впрочем, он сам в произошедшем виноват, а потому примет это как наказание. А если в этом мире где-то живёт Сола, возможно, под другим именем или даже в другой стране, то что бы он сделал, встретившись с ней? Через десять лет ей будет тридцать пять, а Джеймсу — двадцать один, в принципе, допустимо, но станет ли она ждать его? А если она уже сейчас замужем? А ещё, если она — самый обычный человек, не имеющий представления о магии? Столько вопросов, на которые нет ответов…
