Исходя из варианта, что ситуация останется в подвешенном состоянии и прямо сейчас штурма не будет, оставалось лишь строить теории о целях и причинах, а также прикидывать, что можно для себя из происходящего извлечь. Относительно первого, у мага продолжала вызывать интерес вся эта история, приведшая Блэка за решетку. Волшебник отказался от школьных друзей ради силы, знаний или будущей власти, которые мог бы получить на стороне Волдеморта — это звучало логично и понятно, многие поступили бы так же. Дружба и детские обещания — это по-своему мило, но нужно думать о своей силе и влиянии семьи, о будущем, и тут уже не до сентиментальности и чувств. Однако результатом этого предательства стало не обретение могущества, а напротив, гибель так называемого лорда… Которая тоже порождает немало вопросов: почему он отправился уничтожать Поттеров лично, если в ходе войны почти не участвовал в поединках сам? Каким образом крайне сильный по здешним стандартам пятидесятилетний волшебник погиб, имея в противниках пару вчерашних подростков и младенца? Не было ли всё произошедшее частью одного замысла, чтобы выманить сторонящегося открытых сражений «лорда» в нужное место, где его уже будет ждать хорошо подготовленная засада, и таким образом в одну ночь закончить гражданскую войну? Правда, в этом случае Блэка почти наверняка убрали бы ещё до суда, либо он бы себе в одиночной камере «сам» разбил голову о стену. Никто не стал бы оставлять его в живых и давать возможность когда-нибудь рассказать о «неизбежных жертвах ради победы» и…
Кайнетт остановился, отвлекаясь от своих мыслей и прислушиваясь. Через несколько секунд он убедился, что дальше по коридору и впрямь слышны шаги. Слабые и шаркающие, словно человек едва передвигает ноги или хромает, опираясь на стену, однако это, определённо, медленно приближающиеся шаги. Маг быстро отступил в тень за очередной статуей, нащупал палочку в рукаве плаща и быстро проверил, на месте ли второй браслет с наложенным щитом. Ещё не хватало столкнуться с какой-нибудь низшей нежитью или учеником под действием ментальной магии — такие шаги сами по себе уже звучат подозрительно, и лучше быть готовым к худшему. Конечно, можно было отступить или укрыться за барьерами, сил ему теперь на это уже хватит, но вряд ли одиночная цель будет представлять слишком большую угрозу, с которой не удастся разобраться самостоятельно. К тому же достаточно сильного «астрального» эха впереди тоже не чувствовалось.
Наконец, в пятне света от лампы показался медленно бредущий силуэт — кто-то из детей, судя по росту, курс второй или третий. В следующем круге света футов через пятнадцать стало возможно разглядеть куда больше: школьную мантию в оттенках Гриффиндора, спутанные каштановые волосы, знакомую квадратную сумку, набитую книгами сверх возможного…
— Грейнджер? — негромко уточнил маг, показываясь из-за статуи, но держа мистический знак наготове.
— Джеймс? — слабым голосом спросила ведьма, поднимая голову. — Ты чего тут бродишь так поздно?
— Исследую замок. И я могу задать тот же вопрос.
— Задержалась в библиотеке до закрытия. Очень много домашней работы… Джеймс, что ты делаешь? — вскрикнула она, удивлённо, когда Мерфи вдруг убрал палочку, а затем быстрыми шагами приблизился и положил ей ладонь на лоб.
— Вполне возможно, — начал маг, с бесцеремонностью врача перехватывая её запястье и начиная считать пульс. Затем убрал ладонь со лба и приложил к артерии на шее. — Возможно, что я спасаю тебе жизнь. Температура за сорок, пульс зашкаливает, да и давление от него недалеко ушло, вдобавок сильный озноб. Плюс серьёзная боль в мышцах, — в подтверждении слов Кайнетт легким безобидным движением хлопнул ведьму ладонью по плечу, заставив вскрикнуть и поморщиться, когда рука непроизвольно дёрнулась.
— Ай! Мне больно.
— У тебя серьёзное магическое истощение, это лишь следствие. Возможно, даже полное истощение. До своей башни ты сама не доберешься, упадешь где-то по дороге. И если не попадешься на глаза какому-нибудь доброму самаритянину и любителю бродить по ночам, то пролежишь на каменном полу и на сквозняке до утра, что, мне кажется, тоже не пойдет здоровью на пользу. И вообще, учитель, разве тебе отчаянно не хочется спать? — спросил маг, приподнимая ей голову и заглядывая в глаза. В нынешнем состоянии ведьме хватило даже слабого гипноза, чтобы потерять сознание, и магическое сопротивление совершенно не ощущалось.
