В этот момент Арчибальд понял, что всё-таки придется вмешаться. Эти двое, очевидно, участвуют в каком-то плане, разыгрывая, что воюют за разные стороны. А значит, сейчас они просто зачистят всех свидетелей и скроются, как и Блэк, и никаких ответов получить не удастся, а всё продолжится, как раньше — подозрения, нападения, случайные жертвы и постоянная опасность для жизни. А ведь Люпин явно знает что-то о происходящем, нельзя дать ему погибнуть, не допросив перед этим. К тому же эти двое тоже обладают полезной информацией, можно попытаться взять их живыми.
— Градация воздуха, — произнёс Кайнетт негромко, создавая копию Гаэ Буйдэ в натуральную величину. Копьё оказалось лишь на шесть дюймов короче нынешнего роста Мерфи. С учетом второго уменьшенного копья из реального металла, это позволяло неплохо имитировать необычный стиль боя Диармайда. Держа магическую имитацию оружия в правой руке, а настоящее в левой, маг уже привычно прошептал арию призыва: — Verite ad me, bellator.
Прыжок сквозь исчезающий барьер и кусты, оценка ситуации, благо скорость реакции позволяет. Жаль, не было времени сменить накопитель в мистическом знаке, и призыв продлится лишь пятнадцать секунд, но этого должно хватить. Петтигрю слева, уже встал, оправился от действия заклинания, невредимый Крауч справа и чуть ближе. Вероятно, он опаснее. Схема действий простая: уничтожить мистический знак, повредить руки, проткнуть копьём, чтобы боль не дала сосредоточиться. Волшебники среагировали на неизвестную угрозу сразу, но им не хватало скорости — несколько заклинаний прошли мимо успевшего приземлиться и подобраться для рывка Кайнетта. Не теряя времени, он бросился вперёд и атаковал, собираясь длинным копьём отсечь Краучу правую кисть.
— Иммобилюс!
Синий свет залил поляну, Петтигрю не пожалел сил, создавая площадное, а точнее объёмное заклинание замедления, в отличие от одиночной «Импедименты» действующее на все объекты в зоне поражения. Отскочить маг не успел, и в результате продирался к границе барьера со скоростью обычного человека, а не в разы быстрее.
— Петрификус.
Это заклинание он сумел без вреда принять на лезвие меньшего копья, от невербального «Ступефая» кое-как уклонился. Всё-таки замедление касалось лишь скорости движений, реакция по-прежнему пятикратно превышала человеческую — для него жесты палочками были медленными, слова арий звучали растянуто, давая время подготовиться, а рефлексы Диармайда уже подсказывали наилучший порядок действий. Но долго он в таком положении не продержится.
— Им-пе…
— Ре-дук…
Слуге одного из трёх рыцарских классов с их огромным сопротивлением магии заклинание подчинения не причинило бы вреда. Однако для мага, усиленного лишь его тенью, «Империо» намного опасней простого взрыва, ведь наиболее вероятно ему сразу произнесут тот же самый приказ, что он когда-то отдал Диармайду. Какая ирония… Высвободив из-под барьера руку по локоть, Кайнетт движением кисти швырнул короткое копьё в Крауча, а затем развернулся, закрывая голову скрещенными руками и выставляя перед ними второе оружие.
— А-а!
— …то!
Краем глаза маг увидел, как светловолосый волшебник падает с копьём в бедре. А затем взрыв вышвырнул его из зоны действия «Иммобилюса», а также разнёс на куски древко оружия и посёк обломками кисти и предплечья, хотя рукава укрепленного магией плаща немного уменьшили урон. Перекатившись по земле, Арчибальд с нечеловеческой силой швырнул оставшийся в руке обломок копья в Петтигрю, а затем попытался сократить дистанцию, пока заклинание ещё действует. Кусок древка просвистел у головы волшебника, заставив того отшатнуться, маг был уже в семи шагах, когда Питер восстановил равновесие, но вместо того, чтобы попытаться перехватить противника в движении, Петтигрю направил палочку в сторону и начал произносить заклинание:
— Бом-бар…
Интуиция Диармайда, позволяющая контролировать поле боя, подсказывала, что раненый Люпин находится в другой стороне, а волшебник указывал на лежащую у деревьев Грейнджер. Глупо и бессмысленно, ведь если он надеялся сбить этим атаку…
Эту мысль маг додумывал уже отскакивая через половину поляны, в скольжении подхватывая девчонку и на развороте закрывая её собой от взрыва. Ударная волна заставила покачнуться, на спину посыпались какие-то щепки и комья земли, но урон был минимальный.
— Мобилихастам. Вадивази!
Кайнетт успел отбросить ведьму за деревья, убирая с «линии огня», развернуться к волшебникам, и именно в этот момент собственное копьё пробило ему живот и пригвоздило к дереву. Уже понимая, что времени почти не осталось, и что возможностей тени Слуги не хватит, чтобы вырваться, маг прошипел:
— Revertemur… — пытаясь подавить резко усилившуюся боль, он со злостью негромко произнёс: — Ну ты и мразь, Диармайд. Ну почему именно сейчас?
