У меня дома есть шоколадки, злаковые батончики, халва и козинаки. Обычные, с сахаром. Зачем мне сладкое на с/з? Я не диабетик. Сахар вредный? Да ладно вам, перестаньте. Я не хлещу газировку по 10 литров в день и не грызу рафинад килограммами несколько лет подряд 24/7.
Моё сегодняшнее состояние – это что-то среднее, «между». Я ем всё, мне нравится есть всё. Меня больше не отбрасывает от овсянки, курицы, яиц и прочих составляющих бывшего «пищевого режима», как было в начале восстановления, так как я не использую эту еду «против себя».
Вариативность питания без рамок даёт вам [поначалу пьянящую] свободу выбора, при этом не возникает страданий «хочу есть и не толстеть». Вы и так едите всё, в то время как организм находится в балансе энергии, нервы спокойны и мозги не «кипят» от подсчёта калорий/пропущенной тренировки и прочей ерунды, при этом тело поддерживает сет-поинт – свой природный диапазон веса.
*В рекавери в период с июня по август 2016 года у меня творилось в голове не совсем ладное, но, я считала, что со мной всё хорошо. Это не было релапсом, но это была стагнация, я топталась на месте: понять, что я делаю не так, в то время почему-то мозгов мне не хватило.
У меня уже произошло столько улучшений и радостных моментов в рекавери, что я просто не замечала и не хотела принимать то, что со мной может случиться что-то плохое.
На работу я носила контейнер с обедом и батончик мюсли. Такого количества еды мне совершенно не хватало, но я просто до безумия стеснялась есть даже столько. В офисе приходилось есть прямо на рабочем месте: мне казалось, что все на меня смотрят и осуждают, хотя коллеги сами ели перед компьютером тоже. Порой мой голод доходил до ужасного состояния: я готова была умереть с болью в желудке. Я сидела и терпела: моя рука как будто не могла залезть в сумку и вытащить оттуда еду.
Так я жила 2 месяца. Я говорила себе: «Ну и что, что ты стесняешься? Зато ты приходишь домой и покрываешь дефицит огромнейшим ужином!» Технически я была права, но в рекавери это называется «отсрочка еды», что означает ОРПП-привычку. Я не знала об этом, но в августе начала подозревать что-то нехорошее.
Несмотря на то, что я ела достаточное количество калорий, я питалась по некому «расписанию», наедаясь вечером, но не давая себе есть в течение дня, сколько я хочу. Я написала Полине, что хочу к ней прийти на сеанс снова. Мне нужно, я чувствую, что мне тяжело. Что-то идёт не так!
Всё время в рекавери мне помогала одна песня. Это Sia – Unstoppable. Она является очень мощной музыкой для меня, которая будто говорит: «Не ной, а вставай и иди дальше». Когда мне было тяжело в некоторые дни, я слушала её. Когда я шла к психологу, то слушала её на репите (так как общаться с психологом я шла с превеликой радостью и с некоторым страхом одновременно). Когда я хотела худеть снова – слушала её. Когда ОРПП говорило мне: «Ты недостойна проходить рекавери» – слушала. Мне помогала именно Sia. Сейчас, когда я включаю этот трек, в голове сразу мысль: «Я иду к психологу», так как привязка идёт именно к Полине.
