Обычно в периоды после бинджей я начинала так волноваться, что не могла сидеть на месте. Изнутри будто что-то поднималось, я ходила из угла в угол, постоянно вздыхала и не знала, «куда мне себя деть вот такую, с тысячами калорий в животе, куда мне податься-то со всем этим теперь??» Но тогда, хотя бы ненадолго, у меня получилось быть спокойной и радоваться еде.
*Я начала есть везде, и уже не в точное время и определённые контейнеры, а просто, что мне приспичит. Где придётся, там и начинала жевать. Всё, я больше не могла себя сдерживать. Тяга организма к жизни была сильнее моего «нельзя». Он просил есть, есть и есть. Не останавливаясь. Я могла есть и забывать, где я и с кем, что мне нужно сделать и куда нужно было идти.
Мозг просил сконцентрироваться только на еде – на том объекте, который поможет мне выжить.
Октябрь 2015 года. Начался мой Страшный Голод, и я скупала сладкое пакетами. Одна девушка в «Instagram» предложила привезти свежевыжатые соки ко мне домой, а я, со своей стороны, если мне понравится, написала бы о них отзыв. ОК, договорились. В тот вечер, когда эта девушка должна была ко мне приехать с бутылками, мы договорились созвониться и пересечься где-то в 18 часов вечера.
Я вышла из метро в 17.30 и мне жутко захотелось объесться всем сладким подряд. Я пошла в супермаркет. Накупила огромный большой пакет козинаков, печенья, конфет и шоколада. Не дойдя до дома, я села на лавку на детской площадке и начала всё есть. Я напрочь забыла про те соки за отзыв. Я ела, ела и ела. Я не могла остановиться.
Мне казалось, прошло только 5 минут. Наконец-то я решила пойти домой. Поднимаюсь на лифте на свой этаж, жую; в одной руке держу козинак, в другой – подъеденный пакет. Стоит эта девочка у моей двери и держит у уха телефон: «Я вам звоню, а вы не берёте, мы же договорились». Я не слышала даже звонка, когда ела.
Я умудрилась как-то спрятать кусок сладкого в руке, чтобы она не видела, что хэлси-фуд-блоггер ест обычную еду с сахаром. Я ещё и пакет с бумажками и оставшимися шоколадками в руке держала, но ладно – его я точно не смогла бы скрыть от девушки. Я извиняюсь, получаю соки и закрываю за ней дверь.
Вечером она пишет мне: «Попробовали? Как вам?» А у меня в животе не было места даже для глотка воды. Я честно ответила ей, что в меня просто-напросто ничего не поместится в этот вечер. Я чувствовала насквозь прожигающий стыд за «не пэпэ-еду». За то, что я объедаюсь.
Переедания всё продолжались и продолжались. Я уже настолько привыкла, что меня ассоциировали с железной силой воли, что была в огромнейшем шоке. «Да как же меня (меня!) может так „нести“! Так ведь только происходит с безвольными, которые ноют и говорят, что, „вот, булочка мне мешает худеть, что же делать, я её так люблю!“ Но я, которая с 2011 всегда следовала любому правилу в еде и тренировках, и так стремительно падаю вниз! За что мне хвататься?? Мне может кто-нибудь помочь?! Почему моя сущность разваливается?»
