Помещики жаловались в Санкт-Петербург:
Что делать?
Как «что делать»?!
Ловить и не пущать!
Пытаясь приостановить отток простых людей за рубеж, российское правительство во всех пограничных городах и «пристойных местах», первым делом учиняло «крепкие заставы» для удержания беглецов и отсылки их в те губернии, из которых те бежали. Причем пограничникам прямо предписывалось «стрелять из ружья», вешать и с виселиц не снимать - «дабы другие смотря на такую казнь, того чинить не дерзали». Знакомая до свербящей боли картина: правительство охраняло рубежи страны не от внешних врагов, а прежде всего - от своих собственных подданных, стремившихся любой ценой свинтить из собственного Отечества.
Хотя, постой…
Историко-политическую часть истории старообрядничества пока пропустим – настанет в свой черед и её срок.
А вот на историко-экономической части рассказа Деда Мартимьяна - надо сегодня обязательно остановиться и заострить на ней своё внимание.
***
Тем не менее, все воистину титанические усилия государственной машины по предотвращению массового исхода староверов за священные рубежи не достигали желаемого эффекта и оно потихоньку пошло на попятную, тем более что у государства - выстроенного Петром на европейский лад и старообрядчества, нашлась своя точка соприкосновения…
Экономическая!
Как известно, заботы-хлопоты Петра I о военном могуществе вверенного ему Провидением государства, об укреплении его международной конкурентоспособности во всех сферах - дали импульс форсированному развитию торговли и промышленности в России. Но усилия неутомимого самодержца натолкнулись на непреодолимую преграду – так называемый «человеческий фактор», современным языком говоря.
Суть в чём?
Правящее сословие – дворянство проявляло полное равнодушное безразличие к различным торговым и ремесленно-мануфактурным делам. Экономические интересы дворянства были тесно связаны с землевладением, в то время как торгово-мануфактурной деятельностью - они попросту брезговали заниматься.
Напрасно правительство взывало к совести собственной элиты:
Но, ни фига!
Впадлу им было что-то полезное делать, понимаете?
А вот по усадьбам сидеть, мужиков пороть, да сенных девок портить-брюхатить – это самое милое дело!
В этом заключалась основополагающая сущность российской элиты - оставшийся до самого 1917 года феодальной по духу и паразитической по существу, в корне отличавшая её от своих европейских «одноклассников» - давно оценивших выгоду и преимущества занятий промышленностью, торговлей и банковским делом.
Старое российское купечество, в силу обычаев и привычек унаследованных от дедов и прадедов - предпочитало заниматься торгово-спекулятивным бизнесом…
Строить заводы и фабрики, что-то производить на них – для них было «не по понятиям».
Вот она – цена поражения Русской реформации!
Настойчивость правительства в деле индустриализации, диктовалась прежде всего растущими военными потребностями - вооружением и содержанием устроенной по-европейски регулярной армии. Нежелание дворянства и купечества заниматься развитием промышленности, первым делом инициировало строительство заводов и фабрик самим государством. Отсюда появились казённые заводы и фабрики – вроде знаменитого «Императорского тульского оружейного завода» (ИТОЗ). Именно в то время зародился в России государственный капитализм, в годы Советской Власти - распространившийся на всю страну и, абсолютным большинством - принятый за якобы «развитой социализм».
Однако, ещё во времена Петра Великого понимали: на таком - «самом передовом общественном строе», далеко не уедешь. Ибо без «пинков» и денежных «дождей» сверху - такое создаваться и потом развиваться, не может в принципе.
Поэтому искали людей инициативных, предприимчивых, способных делать что-то для государства полезное и без указки сверху… Способных, не только не требовать финансовых влияний от казны, но и самим - привнести в неё свою весомую «копеечку».
И такие люди нашлись и причём шибко швыдко!
Гонимые староверы, не могли заниматься традиционным земледелием, поэтому брались за любое занятие, лишь бы только выжить и сохранит древнюю веру и обычаи прадедов.
