- Бегу, я бегу за тобой! - вылетев на площадку, я повернула следом за Крайденом направо, в обход выступающей части и встала на первую ступеньку, чтобы он видел, что я сзади...спасибо тебе, Орвилл, ты довел меня до этого места, дальше ты пойдешь один...
Я бросила последний взгляд на широкую спину в темной рубашке, закусила губу и повернула назад. Все, я пришла, провидец описал это место очень четко, я ничего не перепутала. Надо только сделать последние шаги и встать спиной к скале, чтобы те, на другой стороне, увидели меня. Они будут думать, что бросают заклинание в Дайлерию, она маг, она будет здесь сама бороться за свою жизнь, а я вернусь...почему замерли все звуки там, куда уже успел подняться Орвилл? Он не должен возвращаться...что это стекает с камня около плеча... неужели они промахнулись, провидец же говорил, что все должно произойти мгновенно и не будет ни страха ни боли! Понимание происходящего пришло мгновением позже - я слишком долго смотрела вслед Крайдену и опоздала на доли секунды,чтобы занять указанное провидцем место у подножия скалы...
- Лерия! - в одно целое слился крик Орвилла с пролета лестницы, бухающего сапогами за поворотом, тонкий взвизг на уровне ультразвука и острый удар в левую половину груди. Поначалу я даже удивилась, почему все говорят, что это так больно, я же стою и ничего не чувствую, только вот почему-то в ногах нарастает слабость и надо прилечь немного, чтобы она прошла, мы же так долго шли...
- Лерия, - чьи-то руки подхватили меня, не давая улечься прямо на открытой площадке под скалой и яркое солнце закачалось во все стороны, а внутри стала нарастать боль, захватывая все вокруг, - зачем ты вернулась? Я же видел, что ты пошла за мной! Зачем ты это сделала?
- Б-больно, - я попыталась показать, где больно, но Орвилл не дал мне поднять руку и положил свою на место удара, произнося речитативом непонятные фразы. Боль не ушла, она свернулась внутри, ожидая своего часа. - Он...обещал, что все...будет быстро...
- Кто обещал? Лерия, кто? Провидец?
- Да...только так...я могу...уйти...- ноги начали леденеть, а внутри что-то мерзко забулькало и стало не хватать воздуха.
- Ты все знала и молчала! Но был же другой путь, зачем ты согласилась на это? Я бы помог тебе, надо было только подождать...Лерия, ты слышишь меня? Подожди, не умирай, я остановлю кровь и попытаюсь стянуть рану, моих сил хватит на это!
- Нет...- изнутри поднималась густая влага и говорить было труднее с каждой секундой, - не удерживай меня ...он сказал...чем быстрее я здесь...буду жить...там...
- Лерия...- голос Орвилла упал до шепота или я уже не слышала его?
- Жаль...не увидела...- боль вырвалась и уже стала ломать все поставленные им преграды, а перед внутренним взором стали проноситься картинки-воспоминания всего, что произошло со мной в этом мире. За доли секунды я пережила заново все с первого пробуждения в комнате Дайлерии, весь путь, проделанный с Орвиллом до последних шагов по лестнице и удара от наших преследователей. С трудом подняв правую руку, я погладила по заросшей редкой шерстью морде дрожащими пальцами, прощаясь с моим спутником.
- Что не увидела? - Орвилл наклонился почти к самому лицу так близко, что заслонил собой все вокруг.
- Как ты...выглядишь...- хотелось еще много чего сказать на прощанье, но внутри взорвался жидкий вулкан, не давая возможности последнего вздоха, и все вокруг заволокло чернотой.
Темно, Вокруг все темно, только вдали проглядывает светлое пятнышко. Откуда в этой темноте такой далекий свет? Пятнышко приближается, расширяется, неожиданно заполоняет собой все пространство и неестественно яркий свет режет глаза.
- Бу-бу-бу...бу-бу...бу-бу-бу...- гудят вокруг.
Кто это гудит, почему я их не понимаю?
Свет очень размытый, это даже не свет, а полумрак, что-то пищит рядом. Непонятно, открыла я глаза или нет?
Мерный писк раздражает, но заставляет задуматься, где я и что вокруг? Опять свет, на его фоне движутся тени, нет, уже не тени, это люди...
- Она очнулась, смотрите, Сергей Валентинович!
- Да, вижу, зрачки реагируют на свет. Поздравляю нас, Светочка!
Светло. Писк, так раздражающий меня, где-то за головой, но туда не дотянуться и даже не посмотреть. Кто-то ходит рядом...встать бы, да пройтись тоже...почему никак не пошевелиться... а-а-а-а, больно!
- Валерия, ты слышишь меня?
- У-у-у-у...
- Больно?
- Ы-ы-ы-ы...
- Раз стонешь, значит очнулась! Давай-ка укольчик сделаем...вот так, хорошо...
- Где...я...
- В реанимации, где ж еще! Сейчас спи, тебе больше спать надо, раз очухалась и говоришь, значит, жить будешь!
В палате, куда меня перевели из реанимации, лежали еще три женщины, которых я слышала, но не видела. Лежу и лежу с закрытыми глазами, потому как на свет даже смотреть больно, да и не хочется особо. Впрочем, есть тоже не хочется, только что пить мне что-то подсовывали, а то пересохло все в горле.
- Лера, ты живая? - это Лида, голос у нее тонкий и она обязательно поутру спрашивает меня, пока я не откликнусь.
- Живая, живая, - вставать я еще не могу, но вчера под вечер уже села самостоятельно.
