Слушая ленивые препирательства, я не вступала ни в какие споры, прикидывая про себя портреты своих будущих спутниц. На вопросы о себе отвечала, что плохо помню, мол, били по голове и все стало как в тумане. Этому никто не удивился и восприняли, как само собой разумеющееся. На самом деле память была какая-то рваная, но разве мы и в обычной жизни помним досконально все, что с нами происходило? Основные вехи сохранились и это было уже хорошо, потому что жить с пустой головой, без единого воспоминания о прошлом ...что может быть хуже? Самые слабые и отрывочные воспоминания были о последних событиях, но отматывая время назад они превращались в более связную картину. Очень плохо помнилась жизнь в большом городе, там был какой-то дом, в котором у меня даже была своя комната, зато хорошо врезались в память стопки белых листов, на которых я что-то рисую и пишу. Неприятная женщина рядом, мужчина...похоже, что хозяин этого дома. Музыка, богато одетые люди, кружащиеся пары и рядом уже другой мужчина, от которого хочется бежать подальше, несмотря на всю его красоту. Потом всплыл маленький бедный дом и старая женщина, гладящая меня по голове...бабушка? Вряд ли...дальше все было более отчетливо - опять большой дом, целый замок, но это уже не город, потому что рядом лес, дорога, деревня и ощущение короткого счастья, наполнившее этот кусочек прошлой жизни. Рядом опять мужчина, веселый и радостный...сколько их было на самом деле? Очень четко и стройно помнилось, что в этом замке я уже была не раз, только почему-то выглядела по-другому, отражаясь в зеркале поджарой хмурой блондинкой с длинными волосами...и путешествие по лесам и болотам рядом с вилтом. Вилт по имени Вилл, жуткая образина, обросшая шерстью, но оставившая о себе самые теплые воспоминания. В них я ныряла, когда становилось очень плохо и они не давали погрузиться в пустоту и отчаянье. Дальше вылезала жизнь в совершенно другом мире, не похожем на окружающую меня действительность. Оттуда легко выскакивали имена, лица и вообще все события, которые цеплялись одно за другое, образуя связную картину. Не было никакого удивления, что я раньше жила не в Лионии, значит, я зачем-то очутилась здесь и так было надо. Было надо? Ладно, я еще вспомню все, а потом посмотрю, что делать со всем этим.
- Ну, поднимайтесь, разленились совсем, - мужской голос над головой заставил продрать глаза, - собирайте свое рванье и на выход! Во дворе помоетесь!
- Это у тебя рванье, - тут же не осталась в долгу Геда, - потому что ты дыры ножнами прикрыл, а у нас..
- Поговори мне тут еще, - цыкнул мужик, - не посмотрю, что уже вас ждут, живо в другое место сплавлю!
- Ишь, разбежался, - проворчала женщина, но тон заметно сбавила и стала увязывать вещи в узел, - нашелся начальник...
- Я готова, - Перта уже стояла у двери с приличным узелком, собранная и гладко причесанная. - Айна, Рия, вы что сидите?
- Мне нечего собирать, - одернув темное мешковатое платье, я встала рядом с Пертой. - Айна?
- Сейчас-сейчас, - девушка быстро сгребла свои пожитки, завязав их в маленький тючок, - вот только иголку найду, уронила...
- Будешь искать, останешься здесь жить, - хмыкнул стражник и Айна опрометью бросилась к дверям, опередив Геду. - Ну, все забрали? Пошли за мной!
На небольшом дворе из стены в низкий бассейн била струйка воды и сразу захотелось пить, а еще лучше - залезть в этот бассейн и лечь в него. По указанию стражника мы пошли к воде, откуда только что отошла группа женщин, подгоняемая еще одним хмурым мужиком в толстой куртке. Несмотря на свой обтерханный внешний вид, женщины пересмеивались между собой, приставали к стражникам, отпуская шутки, над которыми сами же и хохотали. Одна из них повернулась, бросив презрительный взгляд на нашу четверку у фонтанчика и радостно осклабилась, сверкая прорехами во рту.
- Геда, ты ли это, шалава драная? - на радостный вопль обернулись и остальные в ее группе, тыкая друг друга кулаками. - Чего, попалась, а то все нос драла, что не попадешься никогда! Как там Крын поживает, не знаешь?
- Да ему без тебя лучше, чем где-либо! - огрызнулась Геда на подначку, - так и сказал!
- То-то ты тут сидишь, а он опять утек! - заржала баба, - не впрок тебе пошло чужих мужиков отбивать!
- Нужен он мне, - заорала шалава, - одни штаны и те худые, никакого проку от него!
- Куда отправляют-то, - баба вдруг перешла на более мирный тон, - слышь? Мы вот в Безер идем, - она обняла за плечи стоящую рядом тетку, от которой за версту тянуло наглостью, силой и неприятным вызовом всему вокруг, - будем там свои порядки наводить!
- Навела одна такая, - буркнул стоящий рядом стражник, - одни кости остались. А ну пошли живо, заждались вас там!
Женщины, гомоня и переругиваясь, пошли следом за мужиком, а Геда вдруг притихла и вцепилась в свой узел.
