Вспомнил парень или нет, осталось тайной, поскольку исчез он так тихо, что никто ничего и не понял, вроде недавно лежал наверху, а уже осталась одна смятая постель и пустое место на второй полке. Хоть бы спасибо сказал, гаденыш такой...
Умывшись-расчесавшись, я поспешила в кухню, где наверняка можно кинуть что-либо на зуб.
- Госпожа Валерия, - подскочила на скамейке дородная женщина, - а мы уж думали, что вам прямо в спальню завтрак принести, как позовете! И вам и господину Бейрису тоже!
- Мне можно прямо здесь подать, - пристроилась я за небольшой стол у стены, - а господину Бейрису еще долго никакие завтраки в рот не полезут. До обеда он точно не встанет, а как дальше будет, не скажу.
- Чего это с ним приключилось? - Жером пристроился на соседней лавке, - раньше он с утра так долго никогда не лежал, может, заболел? Люсьена позвать надо бы, пусть посмотрит.
- Зови-зови, - позлорадствовала я, - пить надо меньше, тогда и голова болеть не будет! Мне-то дадите что-нибудь, или отваром обойтись? Мясо вот вчера было вкусное, которое в спальне на подносике лежало, почти все прикончила, - упоминать о том, что часть была завернута в салфетку и припрятана в дорогу, я не посчитала нужным, пусть лучше думают, что съедено.
Побросав в рот, что было предложено, я послушала обязательные сетования о погоде, сплетни и пожелания счастливой жизни, после чего откланялась и пошла в свою комнату заниматься просмотром атласа Лионии и пересмотром вещей, могущих пригодиться в дороге. Этих самых вещей у меня было до обидного мало, но я перебирала их, представляя, как все будет происходить. От блаженного ничегонеделанья отвлекла Летиция, которая с удвоенной энергией принялась командовать сборами, гоняя прислугу по всему дому. Свертки, сундуки и узлы росли прямо на глазах и я с ужасом пыталась представить себе то средство передвижения, которое должно было вместить весь этот груз. Отговорить даму урезать кучу хотя бы наполовину, вызвали бурю протестов, обвинений в наплевательском отношении к себе и окружающим, а также нежелании постараться устроить более-менее привычный быт на новом месте. Махнув на все рукой, я поддакивала, осматривала предложенное, подсчитывала количество ложек и простыней и со вздохом соглашалась, что за мужчиной надо следить лучше, чем за самой собой. Кстати сказать, здоровенный сундук был забит именно мужскими вещами, поскольку со мной ехал по-прежнему скромный узел, в который добавились лишь выдранные страницы из атласа. За ужином маменька фыркала, крутилась на месте, то и дело спрашивая окружающих, положила ли она шляпы, подушки, носовые платки и прочую лабуду.
- Берри, ты что опять ничего не ешь?
- Ем, ем, - Райшер приволокся на ужин самым последним, сложился пополам на стуле и тянул отвар, которые заботливо подставил ему Жером. Вид у него был бледно-зеленый, он постоянно потирал лоб и заметно охал при попытках дотянуться до чего-либо вокруг. - Мне чего-нибудь... легкое, а то мутит до сих пор. Еще принеси, Жером, - ткнул он в пустой кувшин и снова скривился, - да что такое, не понимаю, вроде вчера ни с кем не дрался, с лестницы не падал...или падал?
- Ничего подобного, господин Бейрис, - заверил его мажордом, - вы за столом сидеть изволили, а потом мы вас до самой комнаты довели в целости и сохранности. Только у дверей и отпустили...может, плохо спали сегодня? - законных подначек я не услышала, наоборот, больше всего это походило на заботу доброго дядюшки о состоянии любимого родственника, то есть с положенным состраданием и беспокойством.
- М-да...плохо, - Райшер попытался почесаться и тихо взвыл, ощупывая себя за бок, - с кровати, что ли, упал? Так она невысокая и на полу ковер... Лерия, я падал на пол?
- Да, дорогой, - с ангельским смирением у меня уже было полное взаимопонимание, - причем не один раз. Вот поднимешься, полежишь, а потом опять - бах, и уже на полу. Прямо не знаю, что на тебя такое нашло? Может, переел вчера? Или переволновался? Говорят, такое тоже бывает.
Бейрис покосился в мою сторону, но предпочел не подымать неприятную тему, благо Раймон начал говорить о лошадях, которых надо было дать в дорогу и насущные проблемы пошла обсуждать вся семья. Летиция вдруг вспомнила, что хотела положить с собой корзину с посудой и потащила меня показывать эту самую корзину, утверждая, что без мало-мальского набора тарелок и кастрюль в Бернире делать нечего. Корзина оказалась поистине заколдованной - мы разрыли всю кучу, но она так и не нашлась, отчего маменька пришла в ужас, потом в ярость и кинулась в кухню. Там обнаружился чайник, который она уже якобы приказала положить, после чего выяснилось, что о тарелках должна была позаботиться Тильда, а она попросту перепутала, куда их надо нести. Суматоха продолжалась до глубокой ночи, куча росла и я твердо решила располовинить ее, когда все улягутся спать.
- Ты чего тут решила всю ночь сидеть? - Летиция откровенно замаялась и с удивлением наблюдала, как я с деловым видом роюсь в очередном узле. - Завтра с утра все погрузят, а сегодня уже ночь, отдыхать пора.
