– Поймешь позже, – ухмыльнулся он, приоткрывая один глаз и, глубоко вдохнув, наконец распорядился: – присаживайся, Микки, – кивнув в направлении торчавшего в коротко стриженном рыжем паху члена, приказал Галлагер, едва не поперхнувшись воздухом от того, насколько быстро заждавшийся разрешения сабмиссив его оседлал. – Нет, не так, – прошептал он, когда брюнет привстал на коленях и завис над головкой облаченного в латекс органа перед первым движением вниз, – перевернись, – проговорил Дом, руками своими помогая изнывающему в желании Милковичу понять, чего от него хотят.
И уже через пару секунд насаживая его на себя резким движением вверх бедер и вниз рук с сжатыми в них боками выкрикивающего в потолок слова благодарности брюнета.
– Сука, – смаргивая наполнившие глаза слезы, хрипел и скулил Микки, увеличивая амплитуду скачков на бедрах Йена, вбирая в себя толстый длинный член до самого основания и ударяясь напряженными яйцами о мошонку рыжего, едва ли помогающего ему двигаться. – Жжет, блять, – просипел он, сжимая зубы и кулаки, чуть отклоняясь назад для смены положения и хоть какого-то отвлечения от нестерпимой уже боли в горевшем адским пламенем анусе.
– Шире ноги, – приказал Галлагер, сжалившись над измученным пыткой сдерживания оргазма и продолжительным родео сабмиссивом, подаваясь выше и входя глубже, дожидаясь когда тот исполнит его волю, чтобы притянуть брюнета к себе и уложить на свою грудь, влагу спины Милковича смешивая со своей собственной. – Упрись пятками и приподними зад, – распорядился он, толкаясь вперед вместе с партнером, руками помогая ему выгнуться под нужным углом, опираясь на ступни согнутых в коленях ног. – Умница, – не забывая похвалить послушного саба, улыбнулся Йен, начиная трахать его снизу, короткими, но ощутимыми скольжениями в истекающей смазкой дырочке и ударами головки по простате парня отправляя того в долгожданное путешествие в сабспэйс.
Но одна небольшая деталь не позволила ему сделать последнего шага на пути к экстазу и удовольствию.
– Не могу-у-у, – простонал Микки, вдавливая свой затылок в острую ключицу рыжего, чувствуя новые толчки и необходимое давление, с легкостью затмеваемое жжением кольца мышц, граничащим с пыткой.
– Терпи, Мик, – ускоряясь и задыхаясь, прохрипел Галлагер куда-то в его висок, от стонов, мольбы и хныканья саба в своих руках уже давно прогуливающийся на грани, сжимая пальцами кожу его сильнее, а членом погружаясь максимально в такой позиции глубоко. – Т-е-р-п-и, – приказал он, отпуская один из боков брюнета, чтобы в следующее мгновение уже начать ему дрочить, помогая отвлечься от пламенеющего отверстия заднего прохода удовольствием глубокого проникновения и ласки дрогнувшего в его хвате стояка.
Протесты и жалобы Милковича постепенно сменились благодарным бормотанием, изредка сдобренным свистящим звуком вбираемого в легкие воздуха, намекая Йену о том, что его сабмиссив наконец переступил черту и теперь в его сознании вряд ли найдется преграда к достижению истинного удовлетворения.
– Да, – простонал Доминант, чувствуя, как напрягся его член, почти по самый корень погруженный в Микки и стиснутый им так сильно. – Так хорошо, – честно признался он, замедляясь, желая прочувствовать и распробовать каждый оттенок подступающего оргазма. – Ты хороший, – и, толкнув своей похвалой саба в черноту пропасти экстаза, отпустил и себя, – кончи со мной, – едва ли приказал он.
Скорее попросил, но белая струя спермы, выстрелившая на живот и грудь Милковича, перепачкавшая пальцы Йена и наполнившая отверстие пупка брюнета, заверили Дома в его безграничной власти над этим парнем.
– Лучший, – выдохнул Галлагер, наполняя презерватив собственным семенем, дрожа под постепенно расслабляющимся Микки и самостоятельно теперь чувствуя отголоски испытываемых им недавно ощущений – капнувшая на его яички и бедра смазка приятно холодила раскаленную кожу.
***
– Где ты эту хуйню отрыл? – закончив изучение ярко-голубой этикетки, поинтересовался Милкович, даже после продолжительного пребывания в горячем душе не сумевший избавиться от прохлады в анусе.
– В пакете нашел, думал, ты взял, – ответил рыжий, протягивая Микки тарелку с ужином, которую брюнет попросил принести в кровать, не собираясь больше сегодня менять положения тела.
Хоть лежать на животе все время крайне раздражало.
– Я, чё, похож на извращенца-эскимоса? – отбрасывая тюбик с белой надписью «Extra Cool» и нарисованными вокруг нее снежинками, поморщился саб, проклиная себя за неосмотрительность и беспрекословное подчинение Галлагеру, обеспечившее его заднице свидание с подобного рода смазкой.
Хотя, вряд ли бы смог он сопротивляться ее использованию в тот момент, прочитай он даже это чертово предупреждение.
С этим Доминантом спорить ему почему-то не хотелось.
– До сих пор холодит? – пытаясь сдержать улыбку на губах и скрыть издевку в голосе, участливо поинтересовался Йен, присаживаясь на кровать рядом с брюнетом.
