-Ты плюнул на пол, нанеся мне, как капитану, смертельное оскорбление. В былые времена за это подвешивали на рею.
Я припомнил вчерашний вечер. Да, действительно. Я взбесился, когда вошел Ботис, и кажется, даже плюнул от досады.
-Какое оскорбление? Причем тут вообще ты? Да это Ботис меня взбесил! Ворвался, как к себе домой, деньгами в морду тычет, ухмыляется, будто бы все про меня знает... - я начал расхаживать по комнате, размахивая руками. - Да я убить его готов был!
-Ботиса? - она покачала головой. - Он тебе не по зубам, не лезь к нему. С тех пор, как я одолела его, он стал еще сильнее и опаснее. Если бы я не была уверена в его лояльности, то мне бы уже пора было заказывать саван.
-Да я уже понял, что он из себя представляет, - я потрогал шишку на голове. Она больше не болела, но все еще ощущалась.
-А я думала... Жмырк тебя подери, Кин! О чем я только не думала сегодня весь день!
Я подошел к ней и обнял. Она уткнулась мне головой в плечо.
-Да я за тебя глотку любому перегрызу лучше, чем Уфус.
-Правда?
-Да, - я поцеловал ее в макушку.
-И мне перегрызешь? - Ботис просунул голову в дверь.
Я молча схватил со стола новый журнал, еще с острыми углами и плотно прилегающими друг к другу страницами и зашвырнул в него. Не попал. Ботис убрал голову и, усмехаясь, закрыл дверь.
-Вот ведь язва...
Оленсис рассмеялась и за одно это я был готов простить Ботису все его прегрешения.
-Лакосфани!
Я как раз выплескивал за борт обмылки, когда услышал крик впередсмотрящего.
Взглянув вперед, я не увидел ничего, кроме безбрежного синего моря, но судя по тому, что Оленсис дала приказ развернуть все паруса, матросу не померещилось.
Я вернулся на кухню. С недавних пор, я работал тут только полсмены. В остальное время Олен учила меня морским премудростям. За две недели плавания я уже выучил все незнакомые названия и даже понимал куда идти, когда меня посылали.
По вечерам мы читали карты, заполняли судовой журнал или просто дурачились. Я уже даже оставил мысли о том, чтобы сойти с корабля в порту Лакосфани. Ботис меня не доставал - мы даже подружились, и это было прекрасно.
Единственное, что огорчало меня и весь наш экипаж, это то, что число умерших достигло двадцати семи человек. Еще двоих лихорадило, и было пока непонятно, справятся они, или тоже умрут. Один был ранен тяжело - у него была разрезана вся грудь от шеи и до живота. А второй был из легкораненых - его задели только по плечу. Но, то ли он плохо промыл рану, то ли еще что, но уже через четыре дня она загноилась, а спустя еще трое суток у него поднялась температура.
Хороший лекарь живо поставил бы его на ноги, но взять его кроме как в порту, было негде.
Оставшаяся часть экипажа еле справлялась со своими обязанностями. Нам очень повезло, что мы встретили лишь один корабль на своем пути к Лакосфани - судно капитана Хлош. Это был худой, высокий, лысый мужик, с жестким лицом и презрительной усмешкой. Но, как ни странно, к нам он отнесся вполне дружелюбно, видно Оленсис с ним была давно знакома. Мы даже сторговали у него три бочонка рома и запасную парусину - на бинты и повязки.
-Югри, на горизонте Лакосфани.
-Порт... Бывал там? - он не отрывался от кастрюли, где уваривалась каша, с вяленным мясом.
-Нет, не довелось, как-то...
-Да ты много потерял, да, - он посмотрел на меня. - Там просто пиратский рай.
-Что, бордели на каждом углу? - я улыбнулся.
-Да весь порт бордель. И море выпивки на любой вкус.
-А как с едой? Я люблю вкусно покушать в перерывах между стаканами.
-А что мы, не люди? Все любят. Все есть, даже такое, чего нигде больше не попробуешь.
-Мне начинает нравиться это место.
-Поверь мне, тебе оно понравится настолько, что уезжать не захочешь.
-Может, и не захочу. Я еще не решил. Надо посмотреть, что там да как.
-Ну, вот завтра и посмотришь.
-Почему завтра, если остров уже рядом? Что мы ночью мимо причала промахнемся?
-Учит тебя капитан, учит, а толку, как я погляжу - никакого.
-А что?
-Ничего. Вот пойдешь к ней когда, все сам спросишь.
Я покачал головой. Старик был просто невыносим временами.
Я поднялся на мостик к Оленсис. Она не стояла у штурвала, но периодически приглядывала за ним. Основным же ее занятием было рассматривание близкого берега в подзорную трубу.
Лакосфани был довольно большим островом. В центре его возвышалась гора, склоны которой поросли густым лесом. А песчаный пляж поражал своей чистотой и белизной.
-Что-то я не вижу никакого порта, - я оглядел пляж, в поисках пирсов и кораблей, но ничего не заметил.
-Его тут и нет, - Олен оторвала взгляд от трубы. - Он скрыт от глаз посторонних. Иначе бы императорские корабли торчали бы тут, как у себя дома. Сам понимаешь, на популяции пиратов это отразилось бы резко отрицательно.
-Еще бы, - я хмыкнул. - А где он тогда?
-Завтра все увидишь. А сейчас нам пора ложиться в дрейф. Течение поднесет нас к берегу за ночь.
Она подошла к штурвалу и чуть скорректировала курс, после чего крикнула матросам:
-Спустить паруса! Скатать гафель и бом-кливер! Живее!
