Зачем Аспен хотел говорить с ней? И так непонятно. Эльфы обычно были более прямолинейны.
Если эльфу кто-то нравился, он просто дарил цветок. Приняла - да, отбросила - нет!
Если нет, то никто не мешал бежать и сражаться за сердце своей избранницы.
Нилейн вздохнула. Но колебаться и краснеть как девица? Странные эти оборотни!
Стоило ей шагнуть на порог, как один из телохранителей произнес:
- Госпожа, запрещено Владыкой!
Нилейн нахмурилась. Эльф осторожно сомкнул пальцы на ее запястье и повел ее обратно в дом, где она жила.
- Ладно! - девушка в ярости стряхнула чужую руку и поспешила к дракону, чтобы излить душу.
Арр спал. Вздымалась мощная грудь, подрагивали лапы и хвост, трепетали крылья. Нилейн подошла к нему, легла рядом, обняла, прижалась. Невыносимо родной, любимый лучший друг!
Дракон зашевелился, смешно зевнул и уставился на нее круглыми глазами.
«Что случилось?» - пророкотал его голос в голове девушки.
Нилейн села и начала жаловаться на свою печальную судьбу.
- Эти поганцы всюду ходят за мной! Что мне делать?
Дракон фыркнул:
«Ничего. Если ты будешь сильно сопротивляться, отец заберет тебя домой».
- Быть может мне там самое место, - Нилейн прищурилась.
«И тогда ты больше не увидишь Аспена».
- А с чего ты взял, что я хочу его видеть?
Арр коварно усмехнулся.
- Ты иногда такой …- Нилейн рассердилась.
«Ты ведь владеешь иллюзиями. Что может быть проще?» - поинтересовался дракончик.
Нилейн задумалась и медленно произнесла.
- Я всегда старалась никого не обманывать. Законы чести карают ложь смертью. - Но однажды она уже использовала свой дар для обмана, и как ни странно ни секунды не жалела об этом.
«Харакири что ли сделаешь?» – дракон едва сдерживал смех
Нилейн бросилась на него, свалилась сверху, шутливо пытаясь придушить, а дракон отбивался всеми четырьмя лапами, издавая гортанные всхлипы. После игры они лежали рядом и, Нилейнорит гладила Арра и вспоминала, как он попал к ней.
В тот светлый солнечный день они с отцом отправились в лес Вечности.
Совсем маленький и жалкий дракончик, синеватый от холода, печальный заморыш, и целая толпа врагов-драконов, летящих за ним по пятам. Пламя, рев, всхлипы малыша.
Нилейн было тогда всего двадцать лет (по человеческим меркам где-то около двенадцати), и она встала перед ним, защищая. Вытащила кинжал, прекрасно понимая, что это не поможет против разъяренной толпы.
И впервые сотворила поистине мощную иллюзию. Драконы резко затормозили, воткнув когти в землю, круглыми глазами созерцая внезапно возникшую пустоту вместе жертвы.
А Нилейн бежала, таща изнуренного дракончика на руках, а деревья – огромные, замшелые высились над ней. В благодарение Лирве, он был совсем крошкой. Здесь, в лесу Вечности было всегда сумрачно и тихо. Свет не мог проникнуть сквозь густые, пышные кроны. Лишь опавшие, прошлогодние листья шелестели под ее ногами, хрустели сучки, да с губ срывалось хриплое дыхание. Ноги Нилейн подкашивались от усталости, руки ныли, но она упрямо прорывалась вперед.
Она испуганно обернулась. Ей показалось или кто-то преследовал ее? Нет, иллюзия сработала на все сто процентов, и позади никого не было!
Отец ждал ее на условленном месте у раскидистого старого дуба, на прогалине, и был рассержен.
- Где ты была, Нилейнорит? – вопросил он так, что по спине девочки прокатилась дрожь. - И что это у тебя на руках? Дракон?
- Да! – Нилейн гордо выпрямилась. - Это мой дракончик! Я его спасла от других драконов, и теперь я буду его матерью!
- Матерью, - отец усмехнулся, и во взгляде его появился оттенок неприязни. - А почему он сиреневый?
- Не знаю, - ответила Нилейн. - Но я все равно его не брошу! – заявила уверенно, с вызовом.
Как ты его назовешь? – спросил Владыка.
- Арр. На истинном это значит бесстрашный. Мне кажется такое имя, ему подойдет. Он совсем маленький, но видел бы ты, как он сопротивлялся!
- Достойное имя. А теперь пойдем. Дашь мне его понести?
- Да, - у девочки от усталости было такое чувство, словно ее руки попросту отваливались. Она осторожно передала дракончика отцу, и они пошли домой, во дворец.
- Больше ты меня не увидишь! - разозлено выкрикнула Дарта, захлопывая дверь перед носом своей опекунши.
Эта мерзавка давно ее использовала, хоть она и изгой.
Дарта бросилась вниз по ступенькам, шумно дыша и топая копытами, точно стадо буйволов. Дело в том, что Дарта была демоницей, и весьма необычной, а потому ее и недолюбливали, считая плодом позора демонической нации.
Волосы у нее были черные, длинные и прямые, как часто и бывает у ее народа, а вот глаза достались от матери-человека яркие, золотистые. Так же с детства Дарта печалилась от отсутствия хвоста. Ведь хвост был у всех демонов, длинный, гибкий со смертельными шипами на конце! И только у нее его не было... Зато в минуты душевных потрясений или опасности, как и у любого нормального демона, она выпускала когти и трансформировала ноги в копыта. Сколько туфель было поломано из-за этого!