Никто ничего не сказал, а Хейли на нас даже не взглянула.
– Когда нагрянули убийцы, мама с папой спорили. Насчет денег или чего-то такого. – Она сморщилась, вспоминая прошлое. – Не помню точно, из-за чего был сыр-бор, потому что в ту пору я даже не понимала до конца, о чем они говорят, для меня все это было бессмыслицей. Я сидела в коридоре, на верхнем пролете лестницы, и слушала, как они препираются. Потом дверь распахнулась, мама завизжала, а отец начал извиняться и просить дать ему побольше времени. Я посмотрела в щелочку между перилами и увидела мужчин в черных масках. – Хейли слегка покачала головой, и голос ее стал тише. Мне понадобилось призвать на помощь всю выдержку, чтобы не двинуться с места. – Поднялся крик, отцу стали угрожать. У него дрожал голос, и меня это напугало. Я никогда прежде не видела папу испуганным, так что позвонила в службу спасения. – Хелли резко втянула воздух. Пайпер ласково взяла ее за руку. Олли сидел, склонив голову, и таращился на ковер. – У меня так сердце билось, пока я звонила! Оператор велела мне спрятаться, но я не успела. Меня схватили за руку. Помню, что у этого человека были большие руки. Он забрал у меня телефон и повесил трубку. Он видел номер – 911. После этого незнакомец потащил меня вниз по лестнице и крикнул остальным двум, что я натворила. Они даже не дали отцу шанса объясниться. Наши с ним взгляды на мгновение встретились, и я до сих пор не могу понять, что он пытался мне сказать, но в его взгляде что-то точно промелькнуло. А потом его застрелили прямо у меня на глазах. Мама визжала, кричала на меня. Мужик, который держал меня за руку, вцепился так крепко, что потом синяки остались, а моей родной матери было плевать. Она злилась, что я вызвала копов. Вскоре после выстрела загудели сирены, так что бандиты быстренько сбежали, но напоследок один из них обернулся и пригрозил нам с мамой. Сказал, что они вернутся и все заберут. Что, когда мне исполнится восемнадцать, они придут за остальным.
Хейли выдохнула. За время своего рассказа она здорово раскраснелась.
– В итоге полиция заморозила все отцовские активы, и мы с мамой остались ни с чем. Вскоре мы переехали в трейлер, она устроилась официанткой в закусочную, а потом окончательно слетела с катушек. После того как меня забрали органы опеки, я видела ее всего однажды и никогда не спрашивала о той ночи и об угрозах.
Я не мог пошевелиться. С каждым словом я все сильнее прижимался к стене. Олли тоже не шевелился.
Единственной, кто смог отреагировать должным образом, оказалась Пайпер. Она подвинулась на моей кровати и обняла Хейли. Та сначала сидела неподвижно, а потом положила голову Пайпер на плечо и с несчастным видом закусила губу.
Слова так и рвались у меня с языка, поспешные, резкие, как волны, что обрушиваются на берег.
– Думаешь, это они напали на тебя сегодня?
Голубые глаза Хейли блестели от слез как стекло.
– Возможно. Вряд ли они целенаправленно пытались навредить мне, но я оказала сопротивление, так что пришлось немного меня усмирить, чтобы я остановилась.
Меня охватила ярость.
– Они меня сфотографировали, пока один парень прижимал мою голову к земле. – Она нахмурилась. – Второй все ждал подтверждения, что я – та самая девушка, которая им нужна. Они собирались забрать меня в любом случае, а потом бросить на обочину, если я окажусь не той, кто нужен их боссу. – Она с трудом сглотнула, а в ее голосе прорезались истерические нотки. – А может, это был Гейб. Не знаю. Не было никаких намеков, и я не знаю, кому из них понадобилась. Может, парни ждали ответа от Гейба, но это вряд ли.
– Почему?
– Так никакого смысла. Гейб был на матче. Как бы он написал им сообщение, если он играл в футбол? Кто бы меня ни забрал, теперь у него здорово рассечена рука там, где я его укусила. Так я и вырвалась. А потом сбежала.
Хейли вся дрожала, и мне хотелось волосы себе выдрать от беспомощности.
Я оттолкнулся от стены и остановился в изножье кровати. Олли покосился на меня, но я смотрел на Хейли и Пайпер.
– Что будешь есть?
Хейли нахмурилась.
– Нам всем надо поесть, я собираюсь это устроить. Чего ты хочешь?
На губах у нее заиграла слабая улыбка.
– Я, значит, говорю, что какие-то мужики убили моего отца и грозились убить меня, что, возможно, кого-то подослали похитить меня после сегодняшнего матча, а ты спрашиваешь, что я есть буду?
– Да.
Пайпер выпрямилась.
– Может, нам стоит… даже не знаю…
