– Нет. Никакой полиции. Теперь это уже бессмысленно. Они сбежали. Я понятия не имею, как они выглядят, а кроме того… – Хейли вздохнула. – Полиция не воспринимает таких, как я, всерьез.
– Но нас-то они всерьез воспримут, – Олли наконец встал. – У отца куча знакомых в органах правопорядка. Ты же знаешь, что у него куча народу в кармане – адвокаты и, кажется, даже начальник полиции, если я не ошибаюсь.
Хейли засмеялась.
– Мы ни за что не будем впутывать в это вашего отца. – Она запрокинула голову и уставилась в потолок. – Это висяк. Они так и не нашли тех, кто убил моего отца. – Нам с Олли досталось по тяжелому взгляду. – Хотя вряд ли они сильно старались найти виновника. Мне вообще почти ничего не говорили, а мама попросту сбежала от отцовских проблем, даже не оглянулась. Дерьмовая ситуация, но ничего не поделаешь.
Пайпер снова взглянула на Хейли.
– Надо пойти в полицию.
Хейли снова покачала головой.
– Пайпер, они ничего не смогут сделать, а я не хочу, чтобы запись о случившемся появилась в моем личном деле.
Пайпер вскочила и заговорила громче.
– И что? Ты собираешься дальше жить, как жила, и надеяться, что тебя больше никто не похитит, никто не ранит или того хуже?
Выражение лица Хейли смягчилось, на пухлых губах появилась грустная улыбка.
– А что сделает полиция, Пайп? Выделит мне личного телохранителя? Разве что велят держаться настороже и внимательно смотреть по сторонам. Позвонить им, если заподозрю, что за мной кто-то следит. Их не волнуют угрозы пятилетней давности. Особенно учитывая, что никто даже не знал, кто нам угрожал. Этого никто не знал, кроме моего отца, но он мертв и не даст ответ.
Пайпер уперла руки в боки и недовольно фыркнула. Олли задумчиво двигал челюстью – явно о чем-то размышлял, что-то анализировал.
– Что будешь есть?
Хейли взглянула на меня, и я готов был поклясться, что в ее глазах промелькнула благодарность.
– Ты не обязан меня кормить. Я в порядке. – Она медленно спустила ноги с кровати, стараясь не морщиться. – Думаю, нам пора.
У меня вырвался резкий смешок.
– Что будешь есть?
Она пристально взглянула на меня, медленно опустила ноги на ковер.
– Я очень ценю твою помощь, но ты не обязан все это делать. Я в порядке.
Не выдержав, я резким шагом подошел к ней, взял ее за подбородок, вынуждая посмотреть в глаза. Она была головокружительно теплой.
– Что будешь есть?
– Кристиан.
Я обхватил ее лицо двумя руками, и она прикусила алые губы. Я несколько раз провел пальцем по нежной коже и отпустил ее. Глаза Хейли блестели.
– Чего бы ты хотела? И не надо вести себя так, будто собираешься отсюда уйти. Вы с Пайпер обе останетесь у нас на ночь, а потом я буду каждую гребаную ночь залезать к тебе в окно, пока не удостоверюсь, что ты в безопасности.
Она заворчала.
– Я поем, и, думаю, мы с Пайпер действительно могли бы здесь заночевать, если она не будет против. Но ты не будешь залезать в мое чертово окно каждую ночь и не будешь сидеть со мной. Я могу себя защитить.
Я саркастично рассмеялся, а потом выжидательно взглянул на Пайпер. Она пожала плечами.
– Мы могли бы и здесь остаться,
Губы Олли слегка изогнулись, а потом он улыбнулся Пайпер своей фирменной улыбкой, от которой у девчонок дрожали колени.
– Это мы еще посмотрим.
– Ну тебя! – закричала она и плюхнулась на подушки. – У нас с Хейли первая совместная ночевка, а мы проводим ее с вами, двумя эгоистичными придурками.
Я с трудом сдержал смех, но от Хейли не отошел.
– Курицу. Я хочу куриных наггетсов.
Тут я не сдержался. Запрокинул голову и захохотал.
– Куриных наггетсов?
Хейли оттолкнула меня и залезла в кровать, поближе к Пайпер. На этот раз она приподняла край одеяла и накрылась им.
– Тебе что, пять лет? – пораженно воскликнул я.
Она слегка вспыхнула и уставилась в потолок.
– Нет. Я хочу есть, а это мое любимое блюдо.
Я с трудом придал лицу нейтральное выражение.
– Значит, куриные наггетсы. Пойдем, Ол.
Он взглянул на Пайпер.
– Тебе тоже куриные наггетсы?
Она подумала секунду и пожала плечами:
– Давай.
– Скоро вернемся. – Повернувшись, я снова взглянул на Хейли. – Надеюсь, у тебя не появится блестящих идей, например, свалить и поехать к Пайпер, пока мы ходим за наггетсами, Хейли. И закройте за нами дверь.
Она попыталась скрыть ухмылку, но безуспешно.
– Завтра ночью я еще и окно запру. Сегодня – единственная ночь, которую мы проведем вместе. Ясно?
Я усмехнулся.
– Ну, это мы еще посмотрим.
Я лежала в кровати под потрепанным покрывалом и таращилась на тени, пляшущие на потолке. В такие моменты я жалела, что не умею отключать мыслительный процесс. Я редко думала о прошлом, о той жизни, которой когда-то жила. Ложась в постель, я включала старенький айпад и слушала музыку в наушниках, пока не засыпала. Сегодня мой айпад лежал на полу рядом с матрасом, а я пялилась на потолок.
