— А выход — в той! — произнес с надеждой Мелихаро, указывая направо. — И все, что с нами произошло, свидетельствует о том, что нам нужно идти туда, наплевав на байки безумного ученого! Просто чудо, что нас не сожрали голодные гоблины! Просто чудо, что мы не застряли намертво в гоблинских норах!..
— О да, чудо, несомненно, — язвительно отозвался Искен, окидывая упитанного демона выразительным взглядом. — Но повернуть назад, когда до портала рукой подать?.. Не хотите ли вы сказать, что я барахтался в грязи просто так, ради познавательной прогулки по владениям гоблинов? Ну уж нет, господа. Теперь мы точно отправимся к порталу, и побыстрее — пока грязевой фонтан мессира Леопольда не размыл ту плотину, которую я воздвиг.
Магистр Леопольд, уже во второй раз слышавший, что результат его чар может разрушить итог работы такого могущественного чародея, как Искен, польщенно улыбнулся и напрочь позабыл о том, что намеревался поддержать мнение демона, тем самым окончательно решив итог спора.
Итак, мы свернули налево и зашагали по коридору, который когда-то показался мне на диво страшным и мрачным местом. Теперь, после всех наших злоключений, я готова была согласиться, что он в своей роскоши не уступает княжескому дворцу — здесь можно было передвигаться, не сгибаясь в три погибели! Гоблины и здесь оставили немало сора, объедков и нечистот, но все это было ничтожно в сравнении с фонтаном магистра Леопольда, о чем я ему и сообщила — но даже это чародей воспринял как похвалу.
— Перед тем, как ты попытаешься открыть портал, — тихо сказал Искен, поравнявшись со мной — обязательно выслушай то, что я тебе скажу. Иначе ты не вернешься.
— У меня есть приглашение, не забывай, — ответила я с напускным легкомыслием.
— Приглашенные не всегда могут уйти от гостеприимных хозяев тогда, когда им этого хочется, — услышав это, я испытала знакомую дрожь, молодой чародей был прав — законы того мира, который я собиралась навестить, подразумевали, что за все нужно платить.
Близость портала мы все почувствовали на свой лад: Искен поморщился и принялся растирать виски — чародеи, обладающие его возможностями, всегда испытывали приступы мигрени в подобных местах; демон торопливо принялся прятать руки, явно опасаясь, что его быстро увеличивающиеся когти будут заметны даже под слоем грязи; я же вновь ощутила чье-то ледяное прикосновение ко лбу, по сравнению с которым сырой холод подземелий был сущим пустяком. Магистру Леопольду достаточно было и того, что мы все сбились с шага и начали коситься друг на друга:
— Проклятый портал близко? — полуутвердительно спросил он, и уставился в сторону арки, чьи очертания угадывались в неясном свете моего магического шара. — Он там?
— Да, мне кажется, что это то самое место, — медленно произнесла я, борясь с последними сомнениями.
— О, наконец-то! — воскликнул Искен, в кои-то веки позволивший себе несдержанность. На его лице читалось, как в открытой книге то, как он горит от нетерпения, едва смея поверить в свою близость к заветной цели. Позабыв о том, что нужно поберечь силы, он тут же создал несколько светящихся сфер и направил их в разные углы для равномерного распределения света.
Мы находились в зале, который смутно помнился мне как нечто грандиозное и пугающее. Теперь, когда я пришла сюда вместе со спутниками, страха перед загадочными надписями и фресками у меня поубавилось, однако они все равно производили отталкивающее впечатление — особенно это касалось орнамента в виде ветвей плюща. Краски выглядели куда ярче, чем в моих воспоминаниях, и я готова была поклясться, что листвы прибавилось, точно мы имели дело не с росписью, а с живым растением, неустанно оплетающим своими побегами холодный камень.
— Тебе нужно пройти сквозь арку, — Искен истолковал мою медлительность неверно и решил, что я не знаю, с чего начать.
— Ей не нужно никуда идти! — закипятился Мелихаро, все еще надеявшийся, что я откажусь от своего замысла.
— Только мне одному кажется, что эти нарисованные листья немножко… эээ… шевелятся? — спросил Леопольд, с неприязнью осматривая фрески. — А вот здесь, где полно шипов… Почему они обагрены кровью? Да и разве у плюща имеются шипы? Какая вопиющая ботаническая безграмотность!
— Об этом я и хотел рассказать, — Искен сделал усилие над собой и перестал пожирать глазами надписи вокруг арки. — Рено нужно узнать это до того, как она прочитает формулу, составленную магистром Аршамбо. Эти надписи… он умолчал о том, как они расшифровываются. Я, конечно, не столь силен в древнем наречии, как магистр, но я сумел разобрать кое-что. Там говорится, что за самовольный вход в храм последует жестокое наказание. Если по дороге пойдет простой крестьянин, то расплатится за это жизнью. Дворянину или ученому придется расстаться с разумом. Воину — с физической силой. А чародею — с умением колдовать.
— А что там говорится о секретарях? — оживился Леопольд. — Быть может, туда стоит отправиться господину Мелихаро?
