— Я уже прадед, — рыкнул тот в ответ. — Сиди молча. Ты свой норов уже показал раз. До сих пор расплеваться не можем. Так что скажешь? Хочешь семью нормальную? — повернулся старик к девушке.
— Хочу, — собрав волю в кулак и дерзко вскинув голову, заявила Дарья. — Давно хочу.
— За балбеса этого пойдёшь?
Григорий покрылся красными пятнами от возмущения, но спорить не решился, понимая, что в противном случае услышит от деда и не такое.
— За внука вашего пойду, — всё так же дерзко ответила девушка. — Но с одним условием.
— Ну-ка, озвучь, — усмехнувшись, потребовал граф.
— Вы с сегодняшнего дня перестанете называть его балбесом. Хотите, чтобы я мужа уважала, уважайте его сами.
— Справедливо, — чуть помолчав, кивнул старик. — Да только ты, девочка, забываешь, что я его не просто уважаю, а люблю всем сердцем. Потому и ругаю. Обидно, что офицер, подававший прекрасные надежды, был вынужден прозябать в заштатных гарнизонах и тянуть лямку там, где выживал один из пяти. Думаешь, просто это, жить и каждый день похоронки ждать? Да ещё и на самого младшего.
— А чего ж не вмешались? — растерянно спросила Дарья, разом растеряв свою дерзость. — Вы же живая легенда. Могли бы и поспособствовать внуку.
— Мог. И пытался. Да только родня у той шлюхи, жёнушки его бывшей, выше меня забралась. Только и получилось, что разошлись краями, когда открытым текстом пообещал: не оставят его в покое, лично начну их отстреливать из снайперки.
— Дед, это правда? — глухо спросил растерянный Григорий.
— А когда я тебе врал? — грозно уточнил старик. — Так что, девочка, договорились? — снова повернулся он к Дарье. — Могу родню на свадьбу собирать?
— Дед, ну не гони лошадей, — чуть не взвыл Григорий. — Дай нам самим разобраться.
— Да уж вы наразбираетесь, — фыркнул старик. — А вообще, что тебе не нравится? Красивая, сильная баба. Видно, что с характером. Так это и хорошо. Тебе же легче с таким тылом будет. Сама сказала, что детей хочет. И что не так?
— Ну не решаются такие дела таким образом, — снова занудил Гриша. — Сейчас ведь не начало века, когда родители сговорились, а детям только поклониться осталось. В конце концов, мы взрослые люди, офицеры, и можем сами свою судьбу решить.
— Образом, — проворчал граф, остывая. — И не образом, а канделябром. Я от тебя правнуков увидеть хочу. Не понимаешь? — спросил старик, заметив недоумённый взгляд внука. — Все братья твои и сёстры уже одарили. Только ты всё резину тянешь. А я ведь не вечный. Семьдесят пять в этом году.
— Да у тебя тех правнуков — рота спецназа нервно в сторонке курит. Стая малолетних головорезов, — бледно усмехнулся Григорий. — Их же уже сейчас запросто можно на ту сторону отправлять. Через неделю всё приграничье вымрет. Выучил.
— Что-то я не пойму, что тебя не устраивает, — буркнул граф, лукаво подмигивая Дарье. — То, что я тебя женить хочу, или то, что я своих детей учу тому, чему ни в одной армии не научат? Ты уж определись.
— Теперь я понимаю, почему с тобой никто спорить не рискует, — проворчал Гриша, сдаваясь. — Ты же любого можешь ниже плинтуса опустить. И не только морально, но и физически.
— Дать бы тебе по шее, да вставать лень, — фыркнул граф. — Дарья, считай, что моё благословение ты получила. И чем быстрее этого жеребца в стойло поставишь, тем тебе лучше.
— Я постараюсь, — проворчала девушка, краснея.
— А ты не старайся. Ты делай. И помни, ночная кукушка завсегда дневную перекукует.
— Дед!
— Всё, замолкни. Идите отдыхать. Комнаты вам уже приготовлены. И учтите, завтра вся семья подъедет. Так что из дома ни ногой, — заявил граф, махнув на них рукой.
— Ой, мама! — охнул Григорий, хватаясь за голову.
Они вышли в коридор, и Дарья, взяв его под руку, тихо спросила, осторожно поглядывая на дверь кабинета:
— Ты чего вдруг взвыл? Это же родственники твои. Или я опять чего-то не знаю?
— Я с ним одним-то не знаю, как сладить, а эти хором насядут, — обречённо вздохнул Григорий, кивая в сторону кабинета. — Ты хоть представляешь, сколько их тут будет? Целый казачий род. А это как минимум полсотни голов. А ещё ханты придут. Этих ещё больше. Тоже родственники, как ни крути. Половина Халзановых на их женщинах женаты. А теперь представь, что тут будет. Они же все обладают тактом в таких делах примерно на уровне деда. Особенно с учётом того, что уже было. Одного только не пойму, как дед про нас узнать сумел? Впрочем, с его связями и не такое возможно. В общем, влипли мы капитально. Всё, считай, нас уже поженили, — ответил Григорий, обречённо махнув рукой.
— Я могу уехать, если тебе это так неприятно, — показала Дарья характер.
— Ну, хоть ты не будь дурой, — возмутился он, едва сдерживаясь. — Я ведь тебя для того и привёз. Просто хотел, чтобы всё было по-человечески. Как положено. Красиво. Ухаживания, свидания там, предложение под луной.
— Гриша, ты у меня просто уникум, — звонко рассмеялась Дарья. — Да на кой мне свиданья под луной, если я о ребёнке мечтаю? Дурень.
— Так ты согласна? — растерянно уточнил Гриша.
Вместо ответа она впилась ему в губы страстным поцелуем.
