– Это очень мило с твоей стороны, – заботливым голосом воскликнула девушка, – не отменяй ее, не стоит! Место то же, суббота, в шесть вечера. Успехов тебе, сокровище наше, – пребывая в хорошем расположении духа, она соскользнула с парты, намереваясь уходить.
– Аливе, – окликнул ее Фиц. – Как на счет обеда в субботу?
Повисла напряженная пауза.
– Напомни, чем я тебе не угодила? – оборачиваясь, насторожилась Аливе.
Фиц на мгновение задумался, и словно издеваясь, протянул, – дуэль доставит мне ни с чем несравнимое удовольствие.
Спица сочувственно расхохоталась.
– А что, больше некому доставить тебе удовольствие? – бросив на меня снисходительный взгляд, эта ехидна продолжила:
– Неужто некроманты настолько слепы в своем выборе, что довольствуются гнилым товаром? – усмехнулась блондинка, скрывая уже возникшее ощущение тревоги.
– А вот и повод нашелся, – Фиц обошел разрисованную парту и, поравнявшись с Аливе, ласково произнес: – Ты просто умница.
С открытым ртом я наблюдала за этой парочкой. Спица изменилась в лице. Она как-то по-новому взглянула на Фициона. Враг, опасный силой мертвого знания, независимый, неуправляемый, недоступный и этим пугающий, теперь источал леденящий холод, внушающий угрозу не только Аливе, а всему живому вокруг.
– Откажись от дуэли с Роиль и я не причиню тебе вреда, – протягивая слова, обозначил свою позицию некромант.
Загадочная тень улыбки тронула губы Аливе. С превосходством взирая в лицо опасности, она, вопреки своей манере, нежно прильнула к некроманту и выдохнула едва ли не в самые его губы:
– Жди меня, Фицион.
Противостояние – не с него ли берет свое начало глубокая и страстная любовь? И сейчас, охваченные ненавистью друг к другу, в дальнейшем они потеряют рассудок в испепеляющем пламени чувств… А-а-ай! Для меня чужие чувства – сплошное сумрачное болото. Ни знаний, ни интуиции. И если с первым все более-менее ясно, как говорится, дело наживное, то интуиция должна быть врожденной.
Хищная улыбка застыла на лице некроманта.
Я запуталась окончательно!
– Спасибо, – поблагодарила я Фициона, когда на уголок парты легла моя тетрадь, рядом с тихим звуком опустилось перо.
– Мне нравятся твои рисунки. Создать едва заметные линии пером - непросто, – неожиданно сказал Фиц. – И все же, не стоит бояться делать изломы в правильных линиях, оставляя за штрихом невесомый след раздумья, неуверенности или даже злости. Так твои работы будут казаться более реалистичными.
Я было собралась ответить Фициону, что непременно попробую, но вошедший в аудиторию профессор поприветствовал рассаживающихся адептов и размашисто написал на доске несколько никому не известных имен. Дождавшись прекращения возни, подчеркнул первое и начал свое повествование.
– Глен Морин – маг с неподвластной большинству стихийной мощью усугубляет свое положение причастностью к сообществу «Оковы боли». В желании раскрыть в себе новые грани запретного огня, он с головой уходит в эксперименты. Его обезумевший разум, идущий путем безжалостного кровопролитного познания, дает жизнь таким заклинаниям как: «Черная дрема» или «Привой к скелету». Первое позволяет отодвинуть в сторону все чувства: злость, сомнение, сострадание и, конечно же, любовь. Второе – куда интереснее! «Привой к скелету» не имеет никакого отношения к скелетам, как может показаться на первый взгляд. Заклинание ложится на тонкий план человека, который пребывает в глубоком потрясении, и прививает носителю одну устойчивую мысль. Настает момент и воин, не представляющий жизни без меча, отрекается от него. Дева, чье сердце наполнено добродетелью, берет клинок и совершает убийство. Или же некто, чью волю не согнуть, вносит изменение в закон, позволяя иному лицу занять доминирующее положение. Обращаю ваше внимание: ничего общего с заклятиями подавления чужой воли здесь нет! Все происходит естественно, поэтому распознать влияние со стороны не представляется возможным. Нет ни одного официально зарегистрированного случая с применением данного заклятия! Однако примеров диаметральной смены мнений первых лиц королевства хватает. Разберем наиболее яркие из них…
Профессор все говорил и говорил. Словно позабыв про время, он знакомил нас с магами, что подверглись гонению, рассказывал про их магические заклинания с диковинными названиями и необычными свойствами. Так что перерыву на обед я была несказанно рада.
– У меня голова трещит по швам! Как все это можно запомнить?
– Могу тебе помочь… – начал Фиц и, завладев моим вниманием, отшутился: – …на время опроса очутиться в госпитале.
– Спасибо, не надо! На самом деле предмет достаточно интересен, просто такой объем… Как всех этих магов разложить в своем чердаке по полочкам? – пробурчала я и принялась опустошать тарелку.
– Удивительно! Здесь так светло, хотя нет ни одного окна, – лениво покусывая инжир, заметила я.
– Это из-за расположения «раковин», – прокомментировал Фиц.
