– А как же курс подготовки цербов?
– Так вот вы о чем… Да, наверное, я не самый удачный пример привел. Там используется первая сигнальная система. Рефлексы. Для науки это совсем не подходит.
– Ясно. Кидайте, доктор, ваш подход.
– Кстати, уже лет пять у нас используется довольно интересная технология, – сказал О’Хара, прицеливаясь. – Через сосуды в мозг запускаются так называемые нанокомбы, которые способны переводить информацию из двоичного кода компьютера в мультикод нейронов головного мозга и обратно. Очень полезная штука, особенно при работе на стыке наук. Но пользоваться ей разрешается только зарекомендовавшим себя ученым.
Алан посмотрел на доктора. Фриз этим уже давным-давно пользуется. Значит, Рон все же не рассказал О’Харе о том, что все они находятся в виртуальном мире.
Трекер кивнул на доску со счетом игры и произнес:
– А с вашей левой мои шансы слегка подросли.
– Не моя заслуга, это у вас ощутимый прогресс. Увидите, что через неделю тренировок будет.
Алан хмыкнул. Ага, через неделю! Тут и года не хватит. Вон что творит этот доктор, причем левой. Наверное, целыми днями только тем и занимается, что рисует да дротики метает. У Трекера на это времени не будет, у него другая цель…
Интересно, почему Фриз не сделал всех такими меткими, как О’Хара? Ведь для компьютера это совсем несложно. Почему бы не создавать синкеров способными, например, летать или творить какие-нибудь магические заклинания, как в компьютерной игре? Вот была бы веселуха! Алан улыбнулся своей мысли. Жаль, что этот мир – не аттракцион для развлечений. Если синкеры будут уметь летать, то никто здесь не станет даже заморачиваться созданием летательных аппаратов. Фризу нужен мир, максимально схожий с реальностью. А с другой стороны, почему те же маботы могут преподавать и не могут делать открытия? Почему Фриз не исключил реалов из своей схемы? Ведь так для него было бы гораздо проще.
– Раз здесь есть такие разработки, как нанокомбы, может, у вас припрятан и искусственный интеллект, который бы вместо людей наукой занимался? – с усмешкой спросил Алан. – Или у вас роботы только по стенам ползают да пыль протирают?
– Такого нет и не будет, – покачал головой О’Хара. – Зачем? Искусственный разум никогда не заменит творца, разве что поможет ему в создании шедевра. Вот вы бы согласились лечь на операцию, которую выполняют машины без контроля человека?
– Почему бы и нет? – пожал плечами Трекер.
– А вы подумайте. Никто в здравом уме на такое не пойдет. Роботы способны осуществить невероятно качественную аналитику, дать врачам больше информации, но принять правильное решение в нестандартной ситуации не смогут никогда… Ваш бросок.
Трекер сделал подход и, взглянув на результат О’Хары, с удивлением воскликнул:
– Снова пятьдесят очков осталось! Вы специально так подгадываете?
– Возможно. – Доктор расплылся в улыбке, оголив крупные зубы с щербинкой, как у Омара Шарифа, и метнул дротик.
– Точно в булл! – Трекер развел руками. – Как вам это удается?
– Хотите, расскажу?
– Конечно!
– В наш паб, это я о своей прошлой жизни, частенько наведывался Коди Эдвардс. Слышали о таком? Этот парень в топ-десять Ирландии по дартсу входил. Он-то со мной за кружкой эля и поделился секретом. Все просто: перед броском нужно сконцентрировать взгляд на поле, в которое хочешь вонзить дротик, и представить, что оно растет. Через какое-то время оно станет настолько огромным, что сложно будет попасть в любое другое место. Хитро, а? И ведь работает! Что, еще партийку? Попробуете обкатать мой способ.
– На сегодня хватит, – покачал головой Алан.
– И правильно. В следующий раз. Меня тоже время уже поджимает. – О’Хара указал взглядом на кресло и вернулся на свое место за столом. – Что ж, продолжим беседу. Мне показалось, что вы не совсем уверены в своих способностях, хотя и утверждаете обратное.
– Да нет же! – возмутился Трекер.
– Мне одна история вспомнилась. Как раз по теме.
– Давайте, – махнул рукой Алан.
О’Хара кашлянул, прочищая горло.
– Однажды маленький мальчик, придя из школы, передал маме записку, – начал он рассказ. – Она пробежала по ней глазами и заплакала. А потом, вытирая слезы, зачитала вслух: «Ваш ребенок гениален. К сожалению, наша школа не настолько хороша, а учителя не так способны, чтобы еще что-то ему дать. Поэтому просим вас обучать сына самостоятельно».
– Странно, – удивился Трекер. – По-моему, любое учебное заведение за хорошего ученика зубами цепляется.
– Верно рассуждаете. Но суть истории не в этом. Через много лет, когда мальчик вырос, а его мама давно умерла, он перебирал старые документы и наткнулся на это письмо. Вот что там было написано на самом деле: «Ваш сын – умственно отсталый. Мы не можем учить его вместе с другими детьми, поэтому рекомендуем перейти на домашнее обучение». Мальчика звали Томас Альва Эдисон. К тому времени он уже стал знаменитым на весь мир изобретателем. Несколько часов прорыдав над письмом, он сделал в дневнике запись: «Томаса Эдисона в детстве считали неполноценным, но благодаря героизму матери он стал величайшим гением современности».
