– Если бы я не имел каких-то весомых гарантий, то не пришел бы к вам, а это восстание, сотрясающее наш цирк, было бы подавлено еще несколько дней назад, его лидеры давно болтались бы на виселице или лежали в земле, а простые сотрудники продолжали бы благоговейно возносить молитвы к Хозяину… Что касается вас, то здесь проще: Моррейн обязуется заключить с вами неразрываемые контракты сроком на пятнадцать лет с сохранением текущей оплаты труда. Взамен он просит немного: вы с текущего часа и до полной победы мятежников тихо сидите в своих шатрах и ничего не делаете, а после публично отрекаетесь от Сеньера и признаете свои ошибки, совершенные в прошлом. Ну как вам предложение? Достойно того, чтобы на него согласиться?
Леви и Франк попросили одну минуту на размышление, и Луа отошел в сторонку. Пока шло обсуждение, Эмиль смотрел в оконный проем и любовался апрельской луной. До этих мест еще не доносились звуки сражений, и казалось, будто вовсе ничего не происходит, что в цирке спокойно, все спят, а Лорды просто захотели пропустить стаканчик за дружеской беседой. Раньше так и было. Устраивались целые застолья, на которых собирался весь высший класс цирка. Звучала превосходная музыка, раздавался добрый смех дам и все это освещала своим ярким магическим светом луна. Луна и теперь светила над цирком, но как-то по-другому, необычно и словно чужой была для циркачей. Возможно, обозленные, жаждущие мести мятежники сами заразили луну этим чувством. Луа рассуждал об этом, пока шла минута, и хотел когда-нибудь возобновить традицию пиров и гуляний, так популярных в прошлое время.
– Мы готовы ответить, – сказал Франк, возвратив Луа в привычную действительность.
– Превосходно, – сказал Эмиль и подошел к креслам. – Я вас слушаю.
– Мы…мы согласны на предложение Алекса, – слегка волнуясь, произнес Леви.
– Замечательно! – воскликнул Луа и стал озираться по сторонам. – Я обязательно передам это Алексу, а теперь будьте так любезны, предоставьте мне третье кресло.
– Прости, что? – удивился Франк. – Зачем?
– Хочется выпить с вами, господа, как в старые добрые времена, – произнес Луа и рассмеялся.
Теперь необходимо перенестисть обратно в район острейших столкновений, потому как там сейчас развивалось все крайне интересно. Время близилось к трем часам пополуночи, а о чьем-либо перевесе говорить пока не приходилось. Омар прибыл в лазарет с срочным доложением Алексу относильно ситуации в зонах противостояния. Зайдя в кабинет Алекса, Омар застал его с несколькими санитарами и лидерами боевых групп и раздававшего распоряжения.
– Алекс, у меня срочное донесение, – сказал Омар, прервав речь Моррейна.
– Говори скорее, – сказал Алекс и отпустил стоявших рядом людей.
– В районе шатра-столовой возникла очень сложная ситуация, – начал Омар. – Мы не смогли удержаться там, и этим вопользовались надзиратели, захватив как сам шатер, так и близлежащие территории. К сожалению, натиск их слишком силен там, надзирателей очень много, а перебросить людей из районов Большого шапито или зверинца, что ближе всего, мы не можем, потому что там необходимо удерживать позиции до тех пор, пока не будет захвачен тир и «квартал» умельцев.
– Я тебя понял, Омар. Мне об этом уже известно немного, так что я распорядился пока оставить тир ради захвата шатра-столовой, что более важно, иначе нас в районе зверинца просто возьмут в кольцо. Ты же отправляйся обратно и контролируй ситуацию, не позволяй надзирателям прорваться дальше. После захвата шатра-столовой Сеньер испугается и остановит наступление.
– Хорошо, будет сделано, – сказал Омар и выбежал из шатра.
По приказу Моррейна его агенты устроили пожар в части зверинца, контролируемой просеньеровскими силами, заставив тем самым Грилли отправить туда в обход шатра-столовой большой отряд для тушения. Благодаря этой диверсии у шатра-столовой осталось меньше надзирателей и охранников, что увеличило шансы мятежников. А подоспевшие отряды из тира обеспечили им существенное преимущество. С выкраденным из тира и оружейных складов оружием в руках мятежникам удалось выбить отряды надзирателей и охранников из шатра-столовой, а к четырем часам пополуночи окончательно им завладеть, а также завладеть ближайшими окрестностями. По приказу Сеньера надзиратели отошли к зверинцу и оказались зажаты с двух сторон, поскольку тир практически сдался мятежникам. Наступление просеньеровских сил было остановлено, и они заняли текущие свои позиции для дальнейшей обороны, рассчитывая перестрелять наступающих. Параллельно с этим наконец начались столкновения в районе «Горы», а также на самом поезде. Однако там у мятежников пока особых успехов не наблюдалось из-за сильного влияния Поля Роже на команду поезда и местных охранников. В самом цирке наступило временное затишье.
После захвата шатра-столовой в кабинете Моррейна в лазарете было созвано собрание Апельсинового клуба. В его актив вступили новые люди, личности которых читателю не очень-то и важно будет запоминать, так что ограничимся лишь упоминанием того, что они вообще есть.