— Горсть овса еще можно выбрать из стакана проса. А смешай два мешка зерен — и вовек не разберешься. Я слышал за свою жизнь много историй, но запоминаю только самые лучшие. Это была плохая история. Расскажи другую.
— Я не знаю других. Только про битвы и героев.
— Расскажи… про него, — тэвк показал на кровать. — Как он стал таким?
— Сгорел. Я говорил тебе уже сотню раз.
— Говорил, но не рассказывал. Не всякое слово — история.
Когда демона замыкало на этих «историях», он становился невыносим.
— Скажи мне, Тин-Тивилир, ты никогда не слышал о книгах? Их очень-очень много и в них полно историй на любой вкус. В шкафу лежат какие-то книги, посмотри их и оставь меня в покое хоть на час. Или ты не умеешь читать?
— Я умею читать. Но это скучно. Буквы не могут стать голосом, в них нет чувств.
— У тебя проблемы с воображением, приятель. Но я устал от болтовни. Или удовольствуйся скучными буквами, или ищи того, кто станет развлекать тебя сказками, в другом месте.
Отправляться в «другое место» тэвк не пожелал, посидел еще немного, раскачиваясь на стуле, а после все же полез в шкаф. Видимо, домик принадлежал какому-то городскому стряпчему или же кто-то из его хозяев обучался в университете, так как первый пыльный томик оказался сводом законов Кармола. Тин-Тивилир сломался уже на первой странице.
Вторая книга привлекла его больше. Минут пятнадцать он перелистывал страницы, и Ромар удивился непривычному в последние дни молчанию.
— Интересная книга?
— Жизненная, — вздохнул тэвк.
— Как называется?
— «Услада бытия».
Он почитал еще немного, а после отложил книгу, взял с полки свою трубку и вышел. А поскольку курил полудемон не так часто и всегда по какому-нибудь поводу, Убийца заинтересовался. Поднялся, подошел к столу, заглянул под обложку. Полистал.
М-да… Читать на местных языках Ромар к сожалению (или к счастью) не умел, но книжка содержала немало иллюстраций. После третьей по счету картинки Убийца захлопнул книгу и вышел на крыльцо.
— Жизненная, говоришь? — спросил он у задумчиво пускающего колечки дыма тэвка.
Вместо ответа тот молча протянул ему трубку.
— Как ты думаешь, долго еще? — Тин-Тивилир каждый день начинал с этого вопроса.
— Столько, сколько понадобится, — как всегда ответил Ромар.
Но этой ночью Лар впервые спал спокойно, ни разу не разбудил криками или срывающимися в бреду словами, значение которых Убийца не всегда понимал, и орк воспринял это как хороший знак. А еще окутывавшее его марево почти растворилось, словно изо дня в день Сумрак становился более материальным, а тело его обретало силу и не нуждалось больше в туманной защите.
— Хорошее тело, — сказал тэвк, остановившись у кровати. — Лучше чем было. И шрамов уже нет.
У Иоллара, которого Ром тренировал когда-то, было достаточно шрамов. Даже больше, наверное, чем у прочих мальчишек. Попадать в неприятности маленький принц умел: то со скалы сорвался, то волчицу в зверинце погладил на спор. А еще должен был быть шрам от стрелы, которой его ранили в тот день, когда убили его мать. Да и после наверняка пополнил коллекцию. Но то — Иоллар. А это? У Убийцы все еще оставались сомнения.
Ничего, приедут в Марони — разберутся. Эн-Ферро знал Иоллара намного лучше. А еще есть Галла. Он надеялся, что все еще есть. Ведь могла уже и уйти. А могла и забыть. Случается же такое? Столько времени прошло.
— Тин-Тивилир, расскажи мне историю.
— Какую? — растерялся полудемон. Обычно об этом просили не его, а он.
— Расскажи, откуда ты знаешь Галлу.
Они это уже проходили. В ответ тэвк требовал рассказать о Галле и Сумраке, Ромар говорил, что почти ничего не знает, а обсуждать чужие секреты вообще нехорошо, и саатарец заявлял, что его знакомство с чародейкой тоже секрет. Но сегодня он просто пожал плечами:
— Это не история. Я шел по лесу и увидел тану. Точнее, я не сразу понял, что это тана, а когда понял, подумал, что, наверное, у нее есть интересная история. Но тана сказала, что ее историей нельзя делиться с другими. Я не знал, как нужно вести себя с танами, и что может случиться, если сделаешь что-то не так, и больше не просил. А потом женщина из поселка неподалеку сказала, что тана потеряла весной мужа, и я подумал, что это очень грустная история. Но затем я встретил вас и понял, что история еще не закончилась. Вот и все. Теперь я жду, пока Древний вернет себе тело, чтобы узнать эту историю с начала и до конца.
— Дались тебе эти истории, — поморщился орк.
— Эта — особенная, — заверил его Тин-Тивилир. — Она была бы особенной, если бы была просто про Древнего, и была бы особенной, если бы была просто про тану. Но в ней есть и тана, и Древний. Значит, она будет очень особенной.
— Возможно. Только прости, я не совсем понимаю, что значит «тана». Чародейка?
— Тана — чародейка, — весело кивнул тэвк. — Но она и без этого тана. То есть, не совсем тана. Шииса тана. Полукровка. Но мне показалось, что все-таки она больше тана, чем человек. К тому же называть кого-то полукровкой невежливо, вот я и решил, что буду называть ее просто таной. Потому, что тана…
