— Да, — призналась я, показывая ему браслет. — Я не могу колдовать с этой штукой. И не могу сама ее снять.
Делать в башне было нечего, и Медведь снова открыл портал, по которому он, я и азгарский некромант, с опаской поглядывающий на ставший моим тиз'зар, перешли в кабинет Старшего наставника, оставив остальных магов наводить порядок в молельне и возиться с трупом. Наверняка теперь его сожгут, чтобы избежать возможных с учетом причин смерти последствий, а значит убийца моего любимого будет гореть, как я того и хотела, однако желания смотреть на это у меня уже не было. Я сдержала свое обещание: он мертв и никому уже не причинит зла. И теперь я просто хочу забыть о нем.
Ни наставник, ни Ворон не задавали вопросов, хоть я видела, что очень хотели бы. А потому я решила сама рассказать все, что знала, надеясь, что больше не придется возвращаться к этому разговору. Рассказ получился коротким и закончился задолго до того, как Салзар, за неимением ключа орудовавший шилом, сумел справиться с застежкой блокирующего силу браслета, но, по-видимому, достаточно содержательным, так как спрашивать о чем-либо, помимо услышанного, маги не стали.
— И я не думаю, что в моем обучении все еще есть смысл, — подвела я неожиданный итог своей истории. — Так что не буду больше отбирать ваше время, наставник.
Но неожиданным, судя по всему, для Медведя этот вывод не стал. Мужчина кивнул, соглашаясь, задумчиво потеребил бороду и направился к скрывавшемуся за пасторальным пейзажем в резной раме сейфу, откуда извлек небольшую шкатулку.
— Ты ведь не захочешь торжественной церемонии?
Я не стала ему говорить, что мне и перстень-печатка, знак принадлежности к сословию магов и одновременно — официальное разрешение на работу по специальности, абсолютно без надобности, и молча протянула освобожденную от браслета руку.
Когда я приехала домой, Лайс уже вернулся. Я застала его сидящим на скамеечке у крыльца толстой иглой ковыряющего старые кожаные краги.
— Как прошел день? — спросила я, присаживаясь рядом.
— Сносно. Лагерь новый, работы много. Сегодня таскали и обтесывали бревна для заграждений. Устал немного. А у тебя что?
Я прокрутила в голове все события этого безумного дня и решила начать по порядку:
— Познакомилась с лар'элланским шпионом, поговорила по душам с любовником своей подруги, вычислила убийцу, вышла замуж, убила одного некроманта и получила перстень мага. Расскажу подробнее, если пообещаешь не ругаться…
— Не завидую вам, Салзар, — невесело усмехнулся Старший наставник. — Я в этой истории — лицо частное, а вам еще перед его величеством отчитываться. Второй труп предполагаемого преступника за день.
Только утром отправили отчет о том, что магистр Феаст был найден и убит при задержании, а теперь вот Гират — на этот раз настоящий убийца, но объяснения предстоят серьезные.
— Я тоже лицо частное, — парировал некромант. — Официально следствие закончилось на следующий день после поджога, запись ведь показала, что колдун погиб в огне. Дальнейшее разбирательство — моя собственная инициатива. Но, боюсь, это как раз тот случай, когда инициатива бывает наказуема.
— Планируете встретиться с нашим герцогом или станете отчитываться сразу перед Его Величеством?
— Пока не знаю. Хотелось бы еще кое-что прояснить.
— Что? И как?
Ворон положил на стол перед собой стальной браслет со слезами демонов.
— Знаете, что это?
— Кандалы для магов? — предположил тэр Марко.
— Кандалы? Без цепи? Нет, это совсем другое. Когда-то у меня тоже был такой — хранил из сентиментальности.
Медведь удивленно приподнял брови, но спрашивать ни о чем не стал. И так было видно, что некромант сам собирается обо всем рассказать.
— Дар Мастеров Смерти опасен при неразумном использовании. А потому в большинстве Школ, специализирующихся на этой магии, ученикам первых лет обучения надевают такие вот «украшения». Для их же безопасности.
— Разумно.
— Да. Но невероятно неприятно. Ведь браслет не позволяет пользоваться никакими чарами, почти на два года ты становишься… обычным человеком. Можете себе это представить?
— Признаться нет.
— А я вот могу. Зато, когда тебе разрешают снять браслет, чувствуешь себя едва ли не богом. Наверное, вы знакомы с расхожим мнением о невероятной самоуверенности и высокомерности магов моей специализации. Подобные представления о нас не лишены оснований. И все из-за такого вот куска железа.
— К чему вы это вспомнили? Если это его браслет, то он лишь подтверждает, что Гират обучался омстике в одной из имперских Школ.
— Если это — его браслет, то я могу даже сказать в какой именно, — глухо, словно это причиняло ему боль, произнес Ворон. — Я ведь сказал, что у меня был такой? Так вот: у меня был точь-в-точь такой.
— Значит, Гират учился там же, где когда-то и вы?
— Даже больше: его учил тот же мастер. И насколько я знаю этого человека, вероятность того, что он замешан в нашем деле, очень велика.
— Но это всего лишь подозрения.
— Да. Но я хотел бы их проверить. Хотя бы для себя. И мне понадобится ваша помощь…
