— Я должен хотя бы высказать то, что накопилось. Уж очень много всего. Боюсь не справиться, выйти из строя. А подвести тебя мне бы не хотелось. Может, если озвучить, вытащить на свет Божий хотя бы часть проблем, в них можно будет разобраться. — Алиша кивнула. — Во-первых, конечно, да, боль утраты. Рана после смерти Карен не зажила, потому что я не позволяю ей зажить. Постоянно в ней ковыряюсь. Я никак не могу оторваться от этого занятия, и так она будет кровоточить до самой смерти. Я это не сейчас придумал и в одночасье покончить с этой проблемой не могу, понимаешь? Она просто есть. — В глазах Алиши была не жалость, но понимание. — А еще я ужасно боюсь, — продолжал Брейди. — Не за себя, конечно, за сына. Все время перед глазами его лицо, когда он смотрел на меня из своего потайного убежища, а киллер начал ломиться в дверь подвала. И еще эти собаки. Он только меня приходил убивать или обоих? Может, он продолжает искать Зака? Могут ли люди, которые его направляют, его найти? А сейчас здесь, за пять тысяч миль от него…
— Брейди…
— Знаю. Знаю. Я должен быть здесь, чтобы спасти его. Но какой от меня прок? Нет, серьезно? Вот ты, например, что называется, горишь на работе, и опасность тебя не останавливает. Ты сразу видишь, что нужно делать — и делаешь. Ты хотела продолжать расследование и после того, как нас освободили от всякой ответственности за это дело. До того как к нам прислали киллеров. Я же просто хотел уехать домой. А ты поехала опрашивать МакАфи. В критический момент додумалась позвать Аполлона. Ты не виновата в том, что он погиб, — добавил Брейди, заметив, как изменилось ее лицо. — Но он помог нам добыть ценную информацию… Это ты «расколола» Гилбрета. И решение приехать сюда, в Рим тоже принимала ты. Это ты…
— Брейди! — Алиша тряхнула напарника за плечо. Тот замолчал и удивленно посмотрел на нее. — Прости, что прерываю, — сказала она. — Тебе, может, и нужно было высказаться, но сидеть тут и заниматься самобичеванием я тебе не дам. Хоть мы и в Риме, — прибавила она с улыбкой. — Будем считать, что я тебя выслушала и все поняла, хорошо? По-моему, ты наговариваешь на себя и прибедняешься. Ты… — Алиша запнулась; у нее явно не хватало слов, чтобы выразить свои эмоции, и она ощутимо ткнула Брейди кулаком в плечо. — Разве ты дал убить себя? И своего сына? Ты же не застыл от ужаса, когда этот монстр со своими чудовищными собаками явился в дом. Ты защитил Зака и себя. Посмотри на свою руку. Ты за лезвие топора хватался! И удерживал! Ты дрался бы насмерть, если бы киллер не убежал. Это
Алиша резко выпрямилась, и Брейди показалось, что он сейчас еще раз получит кулаком в плечо.
— Надо переписать мои бумаги на ученую степень на твое имя, — сказал он с улыбкой.
— Это что, новый способ самоунижения? Тогда не надо.
— Нет, я хочу сказать, что ты классный психолог. Так быстро расчистила весь этот мой хлам. Дипломированному специалисту нужен был бы десяток сеансов, а тебе хватило двух минут.
— Что, вскрыла я твой душевный нарыв?
Брейди шутливо склонил голову.
— Благодарю. Полегчало. Но остался еще один момент. — Он опустил взгляд. — Наши отношения… То есть ясно же, что…
В этот момент таксист открыл дверцу и стал усаживаться обратно в машину.
— Ну что, поехали? — спросил он.
Алиша тут же придвинулась к спинке его сиденья и выпихнула таксиста обратно.
— Нет! — крикнула она. — Иди пока деньги пересчитай! — И, дотянувшись до ручки, захлопнула дверь. Откинувшись опять на спинку сиденья, она улыбнулась. — Так что там ясно в наших отношениях?
— Думаю… — Он пристально посмотрел на нее. — Я тебе нравлюсь? То есть не просто как напарник, а… я имею в виду…
— Да, нравишься. Но пусть это тебя не напрягает. Я понимаю, что ты не…
— Ты мне тоже очень нравишься, — перебил он. — Вот. Я поймал себя на том, что сравнивал тебя с Карен. Это нехорошо, я знаю, но сам факт, что я начал мысленно вас сравнивать, убедил меня в том, что я к тебе неравнодушен… понимаешь?
Господи, ну зачем он все так усложняет?
Алиша стиснула его пальцы.
