— Мы мстили всем этим бездарностям, выдающим себя за учёных! — увлечённо говорил тем временем Мишаня, обрадовавшись возможности излить душу и совершенно не обращая внимания на то, чем я занимаюсь. — Их сперва Гвоздырь и Сопатый фиксировали и спаивали им возбуждающее зелье. Затем к ним приходила леди Эмпуза и доказывала, что и как мужчины они ничего не стоят, отчего те быстро умирали. А потом уже вновь приходили мы, двое из нас тащили закапывать тело в саду, а третий, наиболее похожий на жертву по сложению, гримировался и ходил по городу, рассказывая выдуманную нами историю, про демона сейдхе, который мстит выскочкам, считающим себя учёными.
— То есть Эмпуза умудрилась заездить до смерти всех числящихся пропавшими? Но зачем?
— Как зачем? Что бы отомстить этим бездарностям за нас, неоценённых талантов! Хотя Гвоздырь с Сопатым у неё ещё и деньги получали.
— Так вы тоже из университета?
— Нет. Те двое поступать и не пытались. А я как-то пробовал но меня не взяли, сказав, что грамоте не обучен, — пожаловался Мишаня. — Как будто истинному гению нужна грамота!
Закончив одеваться, я повёл свою жертву прочь из дома, на ходу выслушивая продолжение его жалостливой истории про учёных и несправедливость. К счастью, посланник отца-наблюдателя, показывая мне жильё, заодно и сказал куда, если что, можно обратиться за помощью.
По указанному адресу обитало несколько дюжих мужиков, которые, не задавая лишних вопросов, приняли у меня Мишаню и пообещали заняться обещанным сейдхе подкреплением. А я решил идти и попытаться выследить сбежавшую Эмпузу. Правда, как это сделать я не очень представлял, но уж очень хотелось продолжить моё с ней общение…
Увы, претворить своё намерение в жизнь я не успел — вместе с пониманием, что угроза моей жизни миновала, на меня обрушилось осознание того, что я совсем недавно хладнокровно убил двух человек. Ситуация усугубилась ещё и проявившимся побочным эффектом от зелья, которое успели споить мне покойные товарищи Мишани. Так что я на некоторое время стал абсолютно бесполезен и, что бы более-менее прийти в себя, мне потребовалось аж пара дней.
— Что ж, поздравляю тебя с успехом твоей миссии, — сказал мне отец Августин, когда я, оправившись, появился у него в башне. — Кто б мог подумать, что одна единственная сейдхе сможет так долго похищать людей у нас из под носа всего лишь с помощью пары обыкновенных разбойников и почти бесполезного идиота? А ведь мы и представить не могли, что кто-то додумается изображать из себя убитого, да ещё и активно распространять нарочито нелепые слухи… Вот уж воистину — гремучее сочетание глупости и гениальности.
— Эмпузу поймали? — поинтересовался я.
— Нет, — покачал головой отец-наблюдатель. — Наши следопыты прошли по её следам и выяснили, что покинув твой дом, она выбралась за пределы стен университета через потайной ход. Потом добралась до бандитского убежища неподалёку. А там, судя по всему, села на лошадь и скрылась в неизвестном направлении.
— И что теперь?
— Так как твоя связь с произошедшим очевидна, то тебе придётся покинуть город, — пожал плечами Августин. — Денег я тебе дам и даже помогу попасть куда хочешь… Есть какое-то определённое место, куда б ты хотел отправиться?
— Нет.
— Тогда советую посетить столицу нашего королевства, город Ман. Красивая архитектура, множество развлечений и, главное, караван туда уходит сегодня вечером, так что я вполне успею пристроить тебя в его охрану. Так ты и денег по пути заработаешь и город незаметно покинешь. Ну чего? Согласен?
Конечно же я был согласен и уже через несколько часов покидал город с увесистым кошелём, отличным снаряжением и в составе охраны крупного каравана.
Впрочем, уехали мы недалеко — за несколько часов миновав городские пригороды, караван остановился на огромной поляне, явно регулярно использующейся для подобных целей. Пока обслуга каравана расставляла шатры, носила от ближайшего ручья воду и готовила пищу, начальник стражи расставлял посты и назначал время дежурства. Мне, как новичку, выпало самое неприятное время — под утро. Впрочем, монастырская жизнь приучила меня к вещам гораздо хуже ранней побудки, поэтому я не возражал и, перекусив и узнав о месте ночлега, лёг спать.
В положенное время я проснулся, миновал спящий лагерь и сменил на посту отчаянно зевающего вояку из местных ветеранов. Затем, проведя быструю перекличку с соседними постами, принялся следить за окрестностями, стараясь не отвлекаться на ночную жизнь лесного зверья.
Соскучиться на посту я не успел — буквально через час после начала моего дежурства на лагерь напали. Сперва с другого конца лагеря послышались крики и звон мечей. А, стоило мне обернуться на звук, как с ближайшего дерева спрыгнула гибкая фигура в облегающих одеждах и попыталась сходу зарубить меня изогнутым клинком. Я успел выхватить собственный меч, парировать удар и даже перейти в наступление, одновременно криком предупреждая товарищей об опасности. Но тут откуда-то сбоку вылетела стрела, ударив меня в висок.
