Этот, казалось бы, простой вопрос заставил меня напрячься — я знал позицию насчёт существования сейдхе последователей Всеблагого Отца, но не был уверен, что она соответствует мнению местного учёного сообщества. А мои наставники, как на зло, данного вопроса не касались, считая его очевидным. Вдвойне обидно было из-за того, что я действительно часть рассказанного узнал от сейдхе, которую встретил в руинах.
— Я не буду повторять множественные эксперименты и теоретические изыскания, о которых упоминал в недавнем докладе. Но однозначно известно, что внизу, под руинам, фон магической энергии губителен для всего живого… — осторожно ответил я, стараясь обойти щекотливую тему. — Сейдхе же однозначно являются живыми существами. Следовательно они никак не могут жить в руинах.
— Неужели вы не слышали версию мэтра Иоанна о том, что сейдхе после своего поражения нашли способ существовать в неорганических телах? И, что металлические люди, которых иногда встречают в руинах, это они и есть? — удивилась моя собеседница. — Это ведь популярнейшая теория.
Мне ничего не оставалось, как растерянно развести руками, признавая свою неосведомлённость. Я прекрасно знал, что железные люди в руинах это никакие не сейдхе, а точно такие же их слуги, как четвероногие монстры или бездушные. Но вот доказать это никак не мог, так как мне не было известно каких-либо исследований на тему.
— Ах, молодой человек, — сокрушенно покачала головой женщина. — Занимаясь такими серьёзными исследованиями нельзя быть таким ограниченным!
Я так и не нашёл что возразить, а моя собеседница, посетовав на деградацию современной молодёжи, ушла куда-то по своим делам. Следом за ней потянулась и большая часть остальных моих собеседников.
— Не переживай, — обнадёжил меня один из оставшихся учёных. — Мэтр Эмпуза она кого угодно может неучем выставить. Её даже почтенные магистры опасаются.
— Зато немногие, кто видел её без мантии, говорят, что она божественно красива, — добавил другой.
— В общем умна, красива… Но при этом надменна и стервозна, — подвёл итог третий.
Как-то незаметно наша беседа перетекла в обсуждение местных слухов, касающихся университетской жизни. Естественно, не осталась без внимания и тема исчезнувших учёных.
— Про это мало кто знает, но каждый из пропавших, перед исчезновением начинал вести себя странно. Я лично знал пропавшего последним Иннокентия и встречал его непосредственно перед исчезновением, — рассказал один из моих собеседников. — Он был совсем на себя непохож, сутулился и даже голос его изменился. И он всё твердил, что его преследует некто с левой бронзовой, а правой ослиной ногой, огромными когтями и зубами, что хочет выпить его кровь.
— А я встречал Валерия, который пропал одним из первых. Тоже перед исчезновением, — добавил другой. — И тот тоже был на себя не похож и упоминал кого-то с такими ногами. Вернее похожими, так как, по его словам, одна из ног была не ослиной,
а из навоза. Про когти и зубы он, кстати, не говорил.
— Нога из навоза это, вообще, как?
— Понятия не имею. Но он точно сказал, что из навоза!
— Говорят, что пропавший Иоганн, перед тем как исчезнуть, успел написать многостраничную работу, в которой доказал, что во всём виновато проклятье руин и странное существо это порождение магии сейдхе, — вставил веский комментарий ещё один собеседник. — Но работу быстро изъяли то ли святоши, то ли люди из тайного сыска.
Беседа наша грозила плавно перерасти в попойку. Но тут явился, посланец от отца-наблюдателя, что бы отвести меня в выделенное мне жильё.
Как оказалось, университет занимал огромную территорию за городом и был обнесён высокой стеной, которую патрулировала местная стража. Помимо учебных корпусов и общежитий для учащихся, на ней размещалось множество маленьких двухэтажных домиков для учёных. Один из таких домиков выделили для проживания и мне.
Первый, этаж домика занимала гостиная, а на втором располагалась пара спален и небольшая комнатка для омовений. Впрочем, богатый событиями день и обильные вечерние возлияния, настолько меня утомили, что я не стал тратить время на изучение интерьера, а, поблагодарив своего проводника, поднялся в одну из спален и, раздевшись, лёг спать. Впрочем, даже в таком состоянии я всё-равно сунул под подушку кинжал.
Приснились мне семеро сейдхе и Оракул. События сна в точности повторяли предыдущие его версии на эту же тему. Только теперь я уже мог разглядеть больше половины присутствующих — четвёртой оказалась рыжеволосая Эмпуза.
— О Оракул, — ответила сейдхе, когда очередь дошла и до неё. — На мой взгляд достойным является умнейший! Хоть человечешки в своём развитии недалеко ушли от животных, среди них наверняка есть те, кто занимается чем-то хоть отдалённо напоминающим научные изыскания. Я найду их… И исполню свою миссию.
— Да будет так! — ответил Оракул.
