— Как вы мне дороги оба, если б вы только знали! — вздохнул озадаченный. — Но вы ведь понимаете, что раньше, чем завтра с утра, я вам это счастье физически не организую. Конечно, можно и на ночь, но это сущий садизм. Детям спать надо.
— Расслабленность перед сном лучше всего способствует работе инстинктов, ты сам об этом знаешь. Не время для жалости, Саша, — Дейм виновато улыбнулся.
— Короче, я понял. Вы как всегда умываете руки, а я пошел работать. И пусть вам будет стыдно за МОЮ бессонную неудовлетворенную ночь!
— Прелесть моя, неужели ты думаешь, что мы тебя одного оставим?
— Оставим, — убежденно кивнул Агейр. — Я к пацану ближайшее время и на шаг не подойду. Сам знаешь какой контроль становится, когда синхронизация начинается.
— Что и требовалось доказать, — пожал плечами Александр. — Ладно, вы тут настраивайте слежение, а я пойду устраивать пакости.
— Возвращайся, как только все будет готово, — Дейм на секунду коснулся пальцами его запястья. — Отслеживать придется всем вместе. Проследить воздействия на уровни такого масштаба в одиночку почти невозможно.
…Пакости времени заняли прилично. Свернуть пространство для определенных людей таким образом, чтоб куда бы эта компания не направлялась, все равно попадала бы в один и тот же коридор, и непременно вместе. Для каждого персональный сценарий. Хоть из душа в полотенце выходи, хоть с кровати вставай, хоть беги по внутреннему двору.
Это даже весело. Шаг за шагом выстраивать лабиринт. Он всегда представлял себе эту игру как прохождение Великого Амберского Лабиринта. Ну или его аналога — Логруса. Сначала борешься, потом меняешь реальность. Послойно. Точно снимая чешуйки или шелуху.
Это изматывает, но как же пьянит понимание того, что ты, Александр Лемешев, это можешь. Сам. Один. Без помощи. Как лучший в своем выпуске.
Давай, Чед, иди мальчик, а за тобой обязательно ринется Тимур. Он без тебя сейчас никуда…, а теперь Рома. И малыш Аян. Не хочешь выбираться из кокона кровати? А тебе пить хочется. Дико хочется. И совсем не хочется сока. Ты хочешь обязательно минеральной воды с лаймом, имбирем и мятой. И еще пожалуй лимонную тарталетку…
Вперед, мальчики, давайте, в коридор, здесь все историей пропитано. Это не Месснеровский Юваль, но тоже классно. И камни на полу, и каменные панно на стенах, и доспехи вот эти рыцарские. Кра-со-та!
Спустя два с половиной часа он с трудом дотащился до кабинета Деймоса и, наплевав на приличия, ввалился в святая-святых господина Амфимиади, в котором господин Линдстрем уже имелся в наличии.
— Требую брауни и кофе. Иначе я просто труп!
Забавно, но все заказанное уже ждало его. Все-таки его хорошо знали.
— И только скажи, что тебе это не понравилось.
— Я вас ненавижу, — припечатал господин Лемешев. — Обоих. Один пошляк, другой извращенец. Какая нелегкая меня с вами связала?
— Любовь — зла, — по-русски с меланхолией и надрывом провозгласил Линдстрем. — Полюбишь и…
— Сам ты…
Деймос расхохотался.
— Детский сад, дамочки.
— Вот молчи, Дейм! У тебя хоть с личной жизнью все нормально — Гейр окинул придирчивым взглядом Лемешева. — И напарник, и любовник в одном лице. А мне пацан в партнеры достался. И плевать, что совершеннолетний. Он мой студент.
— Когда и кому это мешало? — Дейм только бровь вскинул. — Никто не просит тебя с ним спать.
— Как хорошо что он не похож на Натана, — прикрыв глаза, вздохнул Гейр.
— Все еще сохнешь по нему? — вскинул бровь Александр.
— Все еще, до сих пор. Я, между прочим, любил его. А он просто свалил и все, — норг еще раз глубоко выдохнул, тщательно контролируя время и интенсивность, и когда открыл глаза в следующий раз, был спокоен.
— Ты же знаешь, что любовь и напарник — не всегда одно и то же? — Дейм сочувственно улыбнулся. — Но если парень — твой оператор…
— Парень мой оператор. Это значит, что нам с ним придется настраиваться друг на друга, чувствовать друг друга и понимать, даже не разговаривая. Это важно, и ты это знаешь как никто другой. Все это было у меня с Натаном. И как будет теперь я не знаю.
— Сима — не Натан, — жестко отрезал Лемешев. — И чем раньше ты это примешь, тем будет лучше для вас обоих. И кстати, алебарду будут ронять именно на Симу. Заодно и проверим как ты его почувствуешь.
— Когда? — Дейм нахмурился.
— Через пятнадцать минут, — сверившись с часами ответил Александр. — Даже если сопротивляться станут — все равно потянет, хоть в трусах хоть голыми.
— Есть предложение, чем занять эти пятнадцать минут? — Дейм вытянул ноги, заставляя себя расслабиться.
— Мысли у меня были, но в настоящий момент они несколько неактуальны, — господин преподаватель умял и брауни, и кофе выпил и, несколько повеселев, воссел в кресло, закинув ногу на ногу. Забавный контраст. Минуту назад он преспокойно заявил что на студента свалится алебарда, и вот уже благостен и расслаблен.
— Воздержись, — поморщился господин ректор. — Никогда не относил себя к вуайеристам. Нет желания наблюдать как вы кувыркаться станете.
— У меня тоже нет никакого желания, чтобы кто-то видел, как мы станем кувыркаться, — ехидно выдохнул Дейм.
