И смолкнет звон мечей полностью

— Я… нет, я… уже никому ничего не должен. Однако присяга моя сыграла со мной злую шутку. И с тех пор я поклялся… самому себе…

У Гвен немного отлегло от сердца.

— Понимаю, — сказала она в своей обычной мягкой манере, хотя ровным счетом ничего не понимала.

Но ей не хотелось спугнуть его, хоть он и расстроил ее своим отказом. Она рискнула подойти к нему — медленно, плавно, размеренным шагом.

Остановилась прямо перед ним, слегка запрокинув лицо, чтобы смотреть ему в глаза… ей показалось, будто он вздохнул, но так и не услышала выдоха. В нем действительно чувствовалась опасность. Высокий, мощный, широкоплечий, с большими сильными руками, загрубевшим и обветренным лицом, покрытым шрамами, уверенно стоящий на длинных крепких ногах — он был именно таким человеком, который мог как устрашать врагов, так и вести за собой союзников.

— Хорошо. Мои люди сочтут это глупостью с моей стороны… Но я готова уступить вам и здесь. По крайней мере, пока, — сказал Гвен.

И тут же добавила с легкими металлическими нотками в голосе:

— Но должна предупредить — я не потерплю предательства и неповиновения. Мне нужны верность и преданность. К предателям я беспощадна.

Она наконец-то услышала выдох. В ответ на её слова Грейв криво усмехнулся:

— Сложно представить вас беспощадной.

— Уверяю вас, это так. Я отпустила ваш отряд потому, что вы не имели передо мной никаких обязательств. Но теперь…

— Вам не стоит беспокоиться, миледи, — поспешил заверить ее капитан. — Наши мечи будут служить вам верой и правдой, а наши сердца будут преданы вам. За своих людей я ручаюсь — они присягнут вам без раздумий.

— Мне нужна армия, Грейв, — напомнила ему Гвен, — армия. Вы способны вербовать и обучать людей?

— Безусловно, — отчеканил он, глядя на нее сверху вниз.

— Хорошо. Вы приняты на службу. К вечеру мои люди приготовят всё необходимое для проведения церемонии присяги.

— Благодарю вас, миледи, — выдохнул Грейв и вновь опустился перед ней на одно колено.

Гвен слегка растерялась и отступила на шаг, но капитан поймал ее руку и прижал к своим губам.

«Очень по-рыцарски, — удовлетворенно отметила про себя Гвен, — сколько же ещё сюрпризов в нем скрыто?»

Грейв гнал своего коня во весь опор, чтобы успеть попасть в Волчье Логово до захода солнца. Если он успеет, то наверняка получит желанную награду — аудиенцию с леди Ройз.

Болтун и Ригер, которых он брал с собой для подмоги, едва поспевали за ним, и Грейв спиной чувствовал их явное недовольство. Он не мог их винить — в конце концов, он знал, ради чего загонял свою несчастную лошадь, а они… Они просто не понимали, какая вожжа попала под хвост их капитану.

Последний месяц они провели в сплошных разъездах, кочуя от одного землевладения к другому и занимаясь вербовкой людей. Это было нелегкой и не совсем приятной задачей, но Грейв считал, что справился с честью, сумев набрать более трех десятков подписей добровольцев. Все они в течение месяца должны были прибыть в Волчье Логово.

Этого, конечно, мало. Но пока он был в дороге, у него появилась мысль, как можно собрать гораздо больше людей для будущей армии леди Ройз, и ему не терпелось обсудить это с ней. И, конечно же, просто увидеть её.

Еще в первые недели после их поступления на службу между ними установилось правило: вечером, на исходе дня, Грейв обязан был приходить к леди на доклад о том, как прошел день, какие были достигнуты успехи в обучении новобранцев, что отрабатывалось на тренировках замкового войска, прочие учебные маневры и планы на следующий день.

Он всегда ждал этих встреч с внутренним трепетом, поэтому какими бы событиями ни был наполнен каждый день, он неизменно был в хорошем настроении, предвкушая будущую встречу. И покидал кабинет леди Ройз окрыленным, медленно и с наслаждением перебирая в памяти каждую черту красивого лица, которую успели запечатлеть его внимательные глаза.

Но затем ему пришлось отлучиться, чтобы выполнить задание, которое уже давно поставила перед ним хозяйка. Целый месяц — это слишком долго. Слишком долго и мучительно не видеть ее столько времени. Когда на горизонте показались верхушки сторожевых башен замка, перед глазами Грейва снова всплыл желанный образ, заставляющий его мчаться галопом вперед, не разбирая дороги.

Лошади были все в мыле и жалобно храпели, когда всадники прибыли в замок. Ригер и Болтун валились с ног, жалуясь на боль в спине и держась за отбитые в дикой скачке задницы; Грейв же, бросив поводья оруженосцу, попросил доложить о его приезде леди Гвендолин и отправился прямиком в замковую баню, чтобы хорошенько вымыться с дороги и привести себя в порядок.

Не прошло и часа, как он уже преклонил колено перед прекрасной леди, с трудом заставляя себя склонить голову, чтобы в первые же минуты не сожрать хозяйку ненасытными глазами.

— Рада вас видеть, капитан, — мелодичным голосом приветствовала его Гвен, протягивая руку для поцелуя.