И смолкнет звон мечей полностью

Один из рыцарей обернулся и посмотрел на нее сквозь опущенное забрало шлема. Поколебавшись, он все же вставил свой факел в крепеж на стене, а затем оба они поднялись по ступеням вверх. Гвен услышала, как сверху захлопнулся деревянный люк, упала на отсыревший соломенный тюфяк у решетки и разразилась горькими рыданиями.

К полуночи Грейв ощущал смертельную усталость и видел, как падают с ног от изнеможения его люди. Несколько дней утомительной скачки, почти без сна, затем сбор камней, которыми они завалили ров во время отлива, затем бой за мост, изнурительный штурм, во время которого они потеряли не менее трех десятков людей — это лишало людей остатков сил.

Только ярость удерживала его в седле, ярость заставляла судорожно сжимать в ладони рукоять окровавленного меча, ярость придавала мощи его безжалостным ударам, ярость наделяла руки такой силой, что правая прорубала мечом железные пластины вражеской брони, а левая молотом выбивала всадников из седел, сносила головы, расплющивала лица. Под ним был уже третий конь — первые два пали в бою от мечей и копий. Бедро саднило от скользящего попадания между сочленениями доспехов вражеской стрелы, левое плечо горело огнем от удара чьей-то шипастой палицы, смявшей наплечник, голова в шлеме гудела от оглушающего лязга металла и человеческих воплей, но он продолжал разить — до тех пор, пока защитники замка не дрогнули под натиском штурмующих и не смяли свои ряды, отступая все дальше.

«Еще немного… — твердил себе Грейв, выискивая глазами в прорези забрала следующую цель, — еще один удар… еще один шаг… еще одна смерть…»

Наконец раздались долгожданные крики: защитники замка прекратили оборону и начали сдаваться один за другим.

Грейв сорвал с головы шлем, невыносимо давивший на шею, спрыгнул с коня и, предоставив солдатам разбираться с пленными, ворвался в двери главного замка. Испуганные слуги, словно бесплотные тени, шарахнулись в стороны, но Грейв поймал первого, кто попался под руку — им оказался сопливый парнишка, белый от страха, — и прорычал тому в лицо:

— Где леди Ройз?

Парнишка непонимающе округлил глаза и затрясся, но Грейв встряхнул его так, что у мальца щелкнули челюсти.

— Где?!

— Я… не знаю…

— Где покои лорда?! — заорал он, и малец промычал что-то, тыкая пальцем на лестницу. — Веди, быстро!

Оглянувшись, он увидел своих: Проныру, Болтуна и Ригера. Тяжело дыша, те следовали за Грейвом, не отставая ни на шаг. Грейв был рад, что не остался один — его люди пришли на помощь. Еще больше он обрадовался их присутствию тогда, когда увидел перед покоями лорда вооруженных стражников.

«Опять», — устало подумал он, доставая из ножен меч. Каждая мышца, каждая клеточка охваченного болью утомленного тела завопила, ощутив новое напряжение после недолгой передышки. «Опять», — ответил он сам себе, замахиваясь для удара и принимая на острое лезвие вражеский меч.

Сражаться в коридоре было гораздо сложнее, чем на открытом пространстве двора: размахнуться как следует не получалось, тяжелый длинный меч цеплялся за каменные стены. Рыцарь из стражи лорда Эксбери что есть силы бил Грейва щитом, пока тот не разлетелся от ответного удара молотом. Проныра, колотивший рукоятью меча по окровавленному телу какого-то рыцаря, чуть не снес оставшуюся без шлема голову самому Грейву. Сам Грейв едва не растянулся на каменном полу, когда споткнулся о ногу павшего, но удержался, ударив плечом в живот другого, еще сражающегося стражника. Поднимаясь, Грейв получил по лицу латной перчаткой, взревел, отбросил бесполезный меч, сорвал шлем с ударившего и кулаками принялся что есть силы молотить того по лицу. В конце концов безумная рукопашная схватка была выиграна. Грейв, почти ничего не видя из-за крови, заливавшей глаза, отыскал среди груды закованных в железо тел свой молот и несколькими ударами выбил дверь в покои лорда.

Лорд Эксбери, надо отдать ему должное, сохранял поистине королевскую безмятежность.

— Где она?! — заревел Грейв, подскочив к столу и с размаху грохнув молотом о деревянную столешницу. — Где?!

Он снова и снова лупил по столу перед носом побледневшего лорда, чувствуя, как его разрывает ярость, пока не раздробил столешницу в щепки и не раскидал ногами ее останки.

Лорд Эксбери молчал, впившись пальцами рук в подлокотники кресла.

— Говори, тварь!!! — заорал Грейв, выдернув лорда из кресла, и затряс его за грудки. — Говори!!!

Лорд Эксбери криво ухмыльнулся дрожащими губами.

— Убирайтесь из замка! Пока вы здесь, вы приближаете ее мучительную смерть!

— Что?! — заорал Грейв, схватив лорда за горло. — Что ты сказал, мерзавец?! Где она?!

— Скоро прилив… — бормотал окровавленными губами полоумный Эксбери, доводя Грейва до полнейшего исступления, — у вас есть время убраться до прилива, иначе она захлебнется…

Грейв сдавил ему горло и принялся бить головой о спинку стула, пока Проныра и Ригер не оттащили его от жертвы.

— Ты убьешь его! — крикнул Болтун.

— Убью!!! — ревел Грейв, срывая голос. — Убью, если не скажет!

Рука Болтуна перехватила его руку.