Пять ударных армад, основу которых составили группировки Галактического Союза, стархов, демонов, скайлов и самаринян. Еще одна — сборная, в которую вошли подразделения Приама и все, что осталось от люценианского флота.
В составе каждой — четыре полноценных корпуса по шесть эскадр. До восьми супертяжей, двадцати — тяжелых, двадцати четырех — средних и ста двадцати звеньев малых крейсеров.
Места дислокации не только позволяли прикрывать наиболее вероятные направления, по которым они предполагали продвижение домонов внутрь Галактики, но и маневрировать, максимально быстро реагируя на возможные угрозы.
Несколько точек подскока — прыжковых зон с большим покрытием, с «поддержкой» оперативных групп и эскадр первого удара. Коммуникационные центры с выходом на информационные каналы прошедших активацию Альдоров.
Еще четыре корпуса — наследие Службы внешних границ, были «переформатированы» в мобильные группы, действовавшие под контролем Коалиционного Штаба, но в варианте автономного решения поставленных перед ними задач. Разведка — в том числе и в секторах, условно занятых домонами, точечные удары по позициям сил вторжения, сопровождение эвакуационных транспортов, установка буев оповещения и минных полей, навигационная безопасность.
Во главе — контр-адмиралы Шмальков, Фразин, Берсенев, Шорн…
Зоны, в которых предстояло работать в ближайшее время, они знали лучше всех остальных.
— Из одиннадцати систем Окраин под полным контролем домонов находятся шесть, — Шмальков сдвинул карту над тактическим столом. Как и многие находившиеся в оперативном зале, на борту «Байярда» он присутствовал в виде проекционного скола. Визуализация, позволявшая получить полноценный эффект «присутствия». — Еще в двух: Джери и Шах, по полученным от разведгрупп сведениям, сконцентрированы корабли вольных, перешедших под командование капитанов Шахина и Лавира. Условно свободными остаются три. Гордон, Сэя и Ргоя.
— Сэю можешь прибавлять к тем шести, — поправил его Шорн, на мгновение «выпав» из проекционной «сетки». — В районе Гимли засветилась четверка СиЭс. Если все пойдет по накатанной схеме, через сутки на орбиту встанут ардоны.
— Остаются Гордон и Ргоя… — качнул головой ардер Зарих, возглавлявший армаду демонов. — Сссуки…
Был он «тяжелым», монолитным. Стоял, буквально врастая в панели металлопластика. Говорил сухо, веско…
Воевать ему не пришлось — локальные стычки с неспокойными соседями не в счет, но все, кто находился в этом зале, относились к тому типу людей и… не людей, для которых отсутствие опыта не являлось преградой для его получения.
Долг… Я — обязан…
Костяк, на который натягивались их судьбы.
— Последние данные подтверждают прогнозы, — продолжил Шмальков, не пропустив, но, пока не комментируя слова Зариха. — Окраины становятся плацдармом для дальнейшего вторжения. Исходя из сведений, поступающих от разведчиков, идет активное формирование тыловых структур. Выставляются технико-заправочные станции, системы дальней связи. — Он поднял голову, посмотрел на Соболева.
Перевел взгляд, проследив направление чужого…
Существа, которые «стояли» слева от эрари Джориша, к людям не относилось даже с серьезной натяжкой.
Хранитель и Рэйкам — ИР командного борта бывшей группы «Ворош».
Иллюзия…
Один был в образе старика, черты лица которого смутно напонимали человеческие, взяв за основу что-то змеиное.
Облик второго воспринимался еще тяжелее. Линии… грани… заточенные кромки…
Технология, которую они использовали для своего воссоздания, тоже основывалась на ментальной проекции, в данном случае, как объяснил Хранитель, максимально отражая то, что они называли своей сутью.
— Несмотря на косность структуры, требующей уничтожить потенциального противника до того, как он будет готов уничтожить тебя, и неспособность стабильно сосуществовать с представителями других рас, их тактика военных действий претерпела значительные изменения, что говорит об определенной гибкости при достижении своих целей.
Даже голос у Рэйкама был острым, отдавая звоном разбитого стекла.
— Косность структуры? — выступив из-за спины Берсенева, уточнил Шорн. Поежился, поведя крепкими плечами…
Адмирал Соболев подобные совещания называл притирками. Глаза в глаза.
И не важно: кто, когда и для кого значился в списке врагов. Общая боль…
Эта боль лишь показала, что общего между ними значительно больше, чем различий.
Рэйкам откинул капюшон такого же, как у эрари плаща.
Клинок… Смертоносный. Безжалостный…
Назвать это тело человеческим при всем желании было невозможно.
— Домоны — модификанты. Создания, основной задачей которых была и есть защита создателей.
— Что?! — Зарих нахмурился, в молчании обошел тактический стол, остановившись напротив Рэйкама. — Модификанты?!
— Несовместимость домонов связана с искуственными изменениями, внесенными в генетическую матрицу, — глухо, со «старческим» скрежетом ответил Хранитель.
Этот был в форме флота Галактического Союза, но… без знаков различия.
Более чем говорящий намек.
