Сектор Дракиш на границе кангората.
Система Крэй, на которую я обратила внимание Никольски, находилась в нем. Спорный район, исторически принадлежавший Окраинам, но неожиданно перешедший к скайлам, когда те вышли из изоляции.
Причина была проста. Тот самый стратегический список. Когда речь заходила о собственных интересах, о принципах частенько забывали.
— Я не буду с тобой любезничать, скажу, как есть. — Шторм поднял голову, посмотрел на меня. Нет, не зло, а как если бы переступил ту грань человеческого, которую последним рубежом установил для себя. — Соболев тебе об этом не скажет. И даже твой Джориш предпочет промолчать. — Он усмехнулся… юродствуя. — Если только Индарс, да и то…
— Предисловие было обязательным? — не без пробившейся через все заслоны неприязни поинтересовалась я, отведя взгляд от висевшей над моим столом объемки.
Ответ знала — Шторм словоблудием не страдал и если счел необходимым…
Все дальнейшее сводилось к нескольким словам, большинство из которых были нецензурными.
— Вот что, девочка, — шевельнулся он в кресле, — давай начнем с того, что этого разговора не было.
— Без исключений? — скрыла я за легким сарказмом холодком прошедший по спине страх.
Вызов по закрытому, оставшемуся в наследство от Таласки, каналу стал для меня полной неожиданностью. Со Штормом мы, конечно, общались. Да и появись необходимость, генерал оказался бы среди первых, к кому бросилась за помощью, но бывали в жизни ситуации, когда и десятки лет пройдут, а что-то такое… с налетом, при воспоминании корежащее душу, все равно остается. И не виноват, но все казалось, что он — мог, но…
Живой символ моего отношения к спецуре. Отношение изменилось, а символ предпочел застыть, взяв на себя роль вечного напоминания.
— Без, — хмыкнул он, намекая, что догадывается, кто мог значиться среди моих несостоявшихся собеседников. — Те, кто должен, знают, а остальные…
— Дальше, — оборвала я. И ведь не сказать, что торопилась — до прыжка почти два часа, а парни прекрасно справлялись и без меня, но это был тот вариант, когда, сколько не оттягивай, проблема сама все равно не рассосется.
— Дальше? — прищурился развалившийся в своем знаменитом кресле генерал, продолжая смотреть с иронией, от которой очень хотелось не то, что поежиться — забиться в угол. — Есть подкрепленное разведданными предположение, что тактика домонов в ближайшее время претерпит серьезные изменения.
— Это ближайшее время включает поставленную перед группой задачу? — мгновенно «переключилась» я, принимая, что наступила очередь главного.
— Приятно иметь дело с умным человеком! — довольно осклабился Шторм. Выпрямился, переводя общение в другое русло. — Люцения шла, как акт устрашения и демонстрации мощи. Окраины должны были стать и стали плацдармом для дальнейшего вторжения. При этом домоны дали четко понять, что способны проявить определенную лояльность к тем, кто готов поступиться собственной свободой, приняв их протекторат.
Ничего нового я пока не услышала, но — кивнула, догадываясь, что этот экскурс в недалекое прошлое, как и затянувшаяся прелюдия, всего лишь создавали соответствующий антураж, облегчая восприятие всего остального.
И ведь не ошиблась. Если только до конца не оценила сделанные им для меня поблажки.
— Условно свободный статус Гордона и Ргои идеально вписывается в их доктрину. Полностью сохранена структура управления, открыт доступ к торговым и пассаҗирским терминалам космопортов. Таможенная проверка минимальная, только по угрозе на безопасность.
— Хитро, — чуть нахмурилась я, просчитывая, к чему он клонит. О ситуации на Окраинах информация была, но не в таких красках. Не столь заманчиво и оптимистично.
— Подобная картина на Эори и Иари. Контроль на дальних орбитах, для внутренних рейсов практически не заметен.
— Кто-то хорошо поработал, — «оценила» я уровень. Получить подобные сведения в занятых домонами секторах…
Поставь передо мной подобную цель, нашла бы, как добраться до Окраин без особого риска, но… из всех кораблей группы, если кого-то и потянула за собой, так только демона и Ван Хилда. Все остальные…
Такие выкрутасы требовали особой подготовки.
