— Все настолько серьезно? — вздохнула я. Могла и не спрашивать. При таком раскладе вряд ли речь шла о простой прогулке.
Лучше бы он промолчал. Было бы не так… отрезвляюще:
— Помнишь, ради чего сунулась в Изумрудную во второй раз? — твердо посмотрев на меня, поинтересовался он.
Я — помнила. Хоть немного, но отсрочить войну с домонами, дать ңам время…
— Твою… — стиснула я зубы. Тогда нам удалось, хоть до последнего и не верилось, а теперь… — Я должна еще что-то знать? — отодвинула я все лишнее за границы самообладания.
— Прими курс, — вместо ответа скинул он координаты, которые я тут же ввела в систему.
Тоже Старх'Эй, но уже на относительно безопасном удалении от границы сектора.
— Что это?
— Промежуточная цель. Через сорок два часа мы должны находиться там.
— Принято! — кивнула я. И неважно, что ничего не понимала.
— Таши, — Джориш посчитал, что сказанного для осознания мне не хватило, — работаем в режиме полного молчания. Все контақты только по коду «экстра».
Повторять «принято» я не стала, да он и не ждал, отключившись первым.
Впрочем, это и к лучшему. Не увидел выражения растерянности на моем лице.
Кают-компания уже давно не была прежней, но иногда именно это несоответствие между оставшимся в памяти, и тем, что видели глаза, пробивало по нервам, заново открывая суть происходящего.
Война… И тысячу раз произнеси, а ужаса, который несла с собой, до конца не осознаешь.
— Думаешь, он знает? — Стас передвинулся, прикрыв меня от «растекшегося» в кресле Сандерса.
Казалось, что домон дремал, наконец-то позволив себе расслабиться, но я не обольщалась, время от времени ощущая на себе его взгляд. Пристальным тот не был, скорее легким, если не сказать, рассеянным, но в душе каждый раз обмирало, отзываясь бездонной, не моей пустотой.
— Уверена, — не отводя глаз от навигационки, кивнула я.
Костас и Кирьен предложили несколько вариантов подхода. Нет, не к той точке, которую Джориш обозначил, как промежуточную цель, к той, которая была главной.
Пока что в каждом из них я находила огрехи.
— Есть идеи?
— Есть, но ни одна из них мне не нравится, — отозвалась я на проявленную Стасом настойчивость. О чем спросил, поняла без дополнительных разъяснений. Если что и интересовало, так стоявшая перед нами задача.
— Поделишься?
— Нет, — жестқо ответила я. В последний момент хотела смягчить интонации, но что-то не позволило. Возможно, то самое личное-служебное, которое пыталось сделать простые вещи сложными. — Извини, но…
— Таши… — Стас как-то довольно хмыкнул и отступил.
Провокатор!
Вздохнув — парни привыкли защищать меня и от самой себя, вновь уткнулась в навигационку. Сектор, в который нам следовало прибыть, был сложным. Даже на мой взгляд.
— На их месте я бы выставил здесь ТЗС, — неожиданно возникнув рядом со мной, произнес Сандерс.
Его «здесь» находилось на самой границе дальних от нужной нам точки. Не наших дальних — ардонов, если они там будут.
— Шесть прыжковых зон. Все на удалении трех-четырех часов крейсерской… — сдержав ругательство — его выходки начали напоминать проверку на прочность, посмотрела я на Сандерса. — Был в бою?
— В Белой — нет, — качнул он головой. Сделал шаг в сторону. Весь такой холеный… подтянутый.
Возможно, я была к нему несправедлива…
Возможно…
Торрек, оставшись с нами, продолжал щеголять в своей форме, словно подчеркивал, кто — мы, а кто — он, этот был в нашей, да еще и с нашивками капитана третьего ранга…
И кто здесь говорил о несправедливости?!
— Раскладка действительно хороша, — после недолгого молчания, как-то даже довольно заметил он. — Либо группировка, либо ТЗС.
— Дальнир, слышал? — слегка сгладила я смысл происходившего. Лидер-капитан особой разведгруппы при Коалиционном Штабе и… бывший ашкер домонов обсуждали схему возможного расположения противника.
И не захочешь, а задумаешься, кто именно сошел с ума: ты или мир, допустивший подобное.
— Зафиксировал, — отозвался ИР, тут же выставив на навигационке соответствующую пометку.
— Минус один, — прокомментировала я увиденное.
— Минус два, — поправил меня домон, указав на очередной, спорный на его взгляд сектор. — Дальнее охранение.
Искры звезд, цветные линии напряженности гравитационного поля, облака туманностей, пыль астероидных полей…
Навигационка была равнодушна к нашим заботам, предлагая заниматься ими самостоятельно. Не предательство — нет, статус-кво, в котором каждый из нас оказывался сам по себе.
— Минус два, — оборвав мысль, сбросила я с карты вектора прохода. — Остается четыре.
Вместо ответа Сандер сделал еще пару шагов, остановившись напротив меня. Не самая лучшая позиция, когда и так приходится прилагать усилия, чтобы избежать случайного взгляда.
— Мам, у нас тут концы с концами не сходятся, — добавил накала ворвавшийся в наше общение голос сына. Через командный, в режиме «на всех».
— Это то, что у вас называют бардаком? — сохраняя полную невозмутимость, уточнил Сандерс.
— Сейчас узнаем, — не без усилий сдержала я улыбку. — Докладывай!
— А нечего докладывать… — обиженно протянул Юл. — Мы тут моделировали режимы работы маршевых двигателей…
