С Антоном мы тепло поздоровались, он в город сегодня не выходил, но был снаружи: как оказалось, именно он командовал теми самыми таинственными “разведчиками”, которые докладывали обстановку Грюнеру “снаружи”. Не сказать, чтобы я был этим удивлен, кстати. Ничего особо нового Антон не рассказал, да и так всё было более-менее понятно. Никто точно не знал, сколько Зет смог собрать людей, но по всему выглядело, что очень немало, несколько банд объединились вместе для штурма.
Что делать дальше, после того, как вся эта заварушка закончится, я пока точно не знал, но примерно представлял: на стол к Шмидту я не лягу. Надо бы найти тех самых врачей, и поговорить с ними. Если придется, то сделать так, чтобы они мне точно сказали, что у меня с опухолью, и насколько это действительно смертельно. Потому что Шмидту я не верю ни в чем. И да, оказалось как-то приятно рассуждать об этом, как бы убеждая себя в том, что атака Зета закончится нашей победой. О другом исходе думать не хотелось, тем более что-то планировать. Грюнер сказал, что на полуострове можно долго держаться, сам я там был, и у меня сложилось примерно такое же мнения. Не сомневаюсь, что у Грюнера есть в запасе и план на тот случай, если по каким-то причинам на полуострове продержаться не получится.
Тут Грюнер выскочил из своего кабинета почти бегом, и объявил выход. Судя по всему, он получил разведданные от военных из города, и сейчас нам предстояло проверить подходы к Центру со стороны холма. Погрузились в джип Грюнера, домчались до здания штаба, которое находилось за площадью, почти под самым склоном, кстати. Грюнер оставил нас троих в машине, сам зашел вовнутрь получать информацию “из первых рук”. Ждали недолго, Грюнер вернулся и сразу провел короткий брифинг:
–
Так, разведка в городе доложила, что боевиков там либо нет, либо они очень хорошо попрятались, что мы тоже не можем исключить и пока никак не можем проверить: прочесать весь город и проверить каждое здание мы сегодня не в силах. Зараженных почти нет, видимо всех перебили. Мутантов не наблюдали, но конечно исключать нельзя. Как вы все заметили, некоторые мутанты проявляют зачатки тактического мышления, не лезут на рожон, пытаются обойти противника или вовсе сбежать, при невыгодных для себя раскладах. Это очень плохо, но нужно с этим считаться. Внимание утроенное. Вы идете все трое на склон, командир группы Кнолль. Задача: проверить все ограждения, все минные поля. Что осталось, что пришло в негодность. Оценить ущерб, и способность систем ещё сдерживать врага. Надеюсь, мне ненужно объяснять про минные поля и осторожность? Все схемы у Антона, прошу их маркировать соответственно, чтобы ремонтные бригады после вас могли бы знать, где им и что восстанавливать. На блиндажах должны быть люди, при подходах опознаваться по рации, канал у Антона. Ваш позывной “Тристан”, люди на постах оповещены. Давайте поскорее, но очень внимательно, и назад. Буду вас ждать либо тут, либо у себя. Вопросы?
Вопросов не было, всё понятно. Выгрузились из машины, пошли дальше втроем, Антон впереди, Марко замыкающим. Пробрались парой дворов за штаб, там обогнули один невзрачный сарайчик, и к моему удивлению подошли к стеклянному лифту. Антон объяснил, что склон над нами достаточно крут, чтобы по нему взбираться пешком, потому нужно либо идти далеко в обход, либо пользоваться вот этим лифтом, который в прежнее время вёл на смотровую площадку над городом, с прекрасным видом на бухту. Лифт охранялся двумя суровыми солдатами, но нас сразу пропустили, пост был информирован.
Поднялись метров на двадцать, оказались действительно на смотровой площадке. Сверху открывался на самом деле отличный вид, но нам сейчас увы, не до него. Наверху тоже был пост, уже в укрепленной блиндажной будке, который нам доложил, что пока все спокойно, противника не видно. Правда, противник до этого поста и во время атаки не дошел. От поста зигзагом прошли через несколько рядов колючки, и тут уже взяли оружие наизготовку, дальше уже смотрим во все глаза. Мой внутренний голос пока пока молчал, но все это могло быстро измениться.
