Какие у вас планы? Я имею ввиду вообще, на будущее? – спросил я, обращаясь к обеим. Я им рассказывал про Базу, да и про остальные анклавы уцелевший людей, полагая, что им там будет уж точно спокойнее, чем тут. Да и сами они уже много знали и видели.
–
Пока никаких. – Лука взглянул на маму, но я не смог прочесть по ее глазам, что она ему показала. – Мы живем тут, тут спокойно. А какие планы у тебя?
–
У меня… Мне бы для начала понять, где я вообще нахожусь! – спохватился я. – Вот, я тут нашел какие-то карты, в магазине. И может быть вы могли бы мне…
–
У нас есть очень хорошая большая карта. – мальчик тут же соскочил с дивана, не забыл глянуть на маму и получить ее одобрительный кивок, и убежал наверх. Противно заскрипела лестница: в тишине дома казалось, что этот скрип слышно в радиусе нескольких километров.
У них оказался большой потрепанный атлас 2018 года. Мальчик сразу открыл его на нужном развороте. Страницы были дополнены пометками, округу поблизости они явно серьезно изучали, правда атлас для маленького района не лучший помощник. Дом оказался недалеко от городка Рикальдоне, а мы были юго-восточнее Алессандрии. Не так и далеко от места, где нас с Джонни подстрелили. Я примерно прикинул, где находится база Санни, и показал Луке. Он старательно нарисовал на этом месте звезду красной ручкой. Странно, я бы не так отмечал опасность.
Отлично, спасибо большое. Давайте посмотрим, что у меня за карта.
Карта из магазина оказалась чуть покрупнее, поподробнее. Она охватывала сравнительно небольшой район возле того места, где мы находились, но на нее было куда удобнее наносить более мелкие пометки. Хорошо, что я схватил две – одну отдал семье. Хотел было на своей карте пометить их дом, но они оба категорически запротестовали. Подумав, я согласился. Карта могла попасть к кому угодно, запросто и к бандитам, и они могли бы проверить все пометки. А мне запомнить, где находится дом, не так уж и сложно.
–
Ну вот, теперь я знаю, где я, теперь можно и подумать, что я буду делать. А вы? Почему вы не остались ни с одной группой людей? Ведь вы встречали несколько групп?
–
Мы встретили четыре группы. Одна из них была очень большая, другая очень маленькая, и две средние. – говорила Лея, а Лука переводил. – С большой все сразу было понятно: в этом мире большие группы без солдат не выживут, а у них солдат не было, только оружие, у разных людей. В маленькой группе все были очень странные.
–
Странные? Бандиты?
–
Нет, не бандиты. Скорее наоборот, они никого не хотели убивать, только прятались и молились. – Лука смиренно склонил голову и сложил ладошки, показывая, как они молились. Вроде получилось по христиански.
–
Понятно. Тоже не жильцы. А другие две?
–
Везде одно и то же. Все тебе вроде рады, но потом рассказывают, что ты им должен, и что тебе нельзя делать. И мы там не хотели оставаться. Как слуги. Очень много чего нельзя и очень много надо делать. И все равно никто не гарантирует безопасность.
–
Ну, зато не одни. Конечно, есть некоторые ограничения. Но на мой взгляд сейчас по другому нельзя.
–
Нет никакой безопасности. Там у них точно нет. И ограничения только для женщин и детей. Мир сейчас вообще для мужчин. Они только командуют.
–
Выходит, что наверное так. Но я вас понял. Возможно, так даже лучше, самим в тихом месте, как тут. – я поспешил перевести тему, почувствовав, что Лея явно заводится. А ссорится с хозяйкой мне сейчас никак не с руки.
–
Я не феминистка. – как бы в свое оправдание сказала она. – Но постоять за нас обеих смогу сама, да и мой сын сможет. И меня не надо защищать. Мы уверены, что вдвоем у нас больше шансов.
–
Шансов на что? – вырвалось у меня.
–
На выживание!
–
И потом? Сколько так можно выживать? Сами говорите, что найти продукты все сложнее. И будет все сложнее. И вам придется искать там, где опасно.
–
И то же самое будет у тех групп. Только у них продукты быстрее закончатся, и им больше нужно.
–
Хорошо, но кроме выживания, кроме добычи ресурсов, есть же еще что-то? Наладить жизнь, общение, ну хоть что-то?
–
Я пока не вижу в этом смысла. Все, что ты говоришь, приносит пока что лишь смерть. Что вообще будет через несколько месяцев? А через год? Кто останется тут жить? Не знаешь? И я не знаю, и потому пока только выживание, другое меня не интересует.
–
Окей. Уже стемнело, может можем поесть? – я все же решил сменить тему.. Да и есть хотелось очень.
Моя мысль пришлась по вкусу всем. Лея пошла зажигать огонь под сложенной в топке небольшой кучкой сухих дров. Запасные дрова заботливо лежали рядом, сушились. На железный прут, приспособленный прямо в топке, была повешена порядком закопченная кастрюля с водой, пачка с макаронами засыпана туда же. Рот уже изошел на слюну, но надо было подождать. Среди тех приправ, что я захватил, оказался базилик и перец, а у Леи оказались припасены несколько маленьких пакетиков с кетчупом, вроде тех, которые дают к картошке фри в МакДональдсе. Ужин обещал быть блестящим.
