Страх стремительно расползался по телу тонкими иглами, пока Адам слушал длинные гудки в телефоне, одновременно отправляя Лео адрес.
Но Билли не спешила отвечать на вызов.
«Давай же, возьми телефон!»
Они не могли так облажаться.
Двадцать первое мая стало одним из самых теплых дней месяца, подтолкнув жителей Чикаго выбраться на прогулку в разгар пятницы, чтобы получить свою дозу солнечного света и насладиться приятной погодой.
Молли Холдбрук сидела в декретном отпуске уже два года и три месяца, неустанно проповедуя в своих соцсетях идеологию священного долга материнства. И даже сегодня, не поленившись выйти с ребенком на прогулку в Миллениум-парк, она чересчур активно отвечала на комментарии к своему последнему посту о пользе и вреде сыроедения для молодых мам, пока ее двухлетний сын Колин бегал между фонтанами Краун.
– Мам, мам! – кричал он в восторге, с живым любопытством ступая по неглубокому пространству с водой.
– Да-да, сладкий, я вижу, – отозвалась Молли, мельком взглянув на сына, и вновь сосредоточилась на переписке, ведь «дура Колби Фриман совершенно ничего не понимает в здоровом питании, но строит из себя эксперта с распечатанным из интернета дипломом».
– Ма-а-ам! – выкрикивал Колин, время от времени теряясь на фоне видеозаписей с лицами, величиной с целый дом.
Но вскоре мальчику надоело привлекать внимание. Он отошел от матери на пару метров и начал энергично прыгать на месте, разбрызгивая воду в разные стороны и заливаясь еще более громким смехом.
Билли покосилась на него, вздохнула и ответила в телефон:
– Не ожидала, что ты так быстро соскучишься.
– Билли, где ты?? – выпалил Адам. – С тобой все хорошо?
– Я… я в порядке, – нахмурилась она. – У тебя… странный голос.
– Точно все хорошо? Где ты сейчас?
– Я сижу в парке, вокруг полно людей. Адам, ты меня пугаешь. Что-то случилось?
– В парке? В каком?!
Билли в раздражении поднялась со скамьи и подошла ближе к фонтанам.
– Я в Миллениум-парке. Если ты хотел сп…
Телефон зажужжал в ее руке, и Билли, поморщившись, быстро взглянула на экран.
Входящее сообщение от неизвестного адресата.
Окончание письма обрывалось в предпросмотре. Позабыв об Адаме на другом конце телефона, Билли нажала на иконку почты, но прочитать сообщение не успела.
Гигантские экраны инсталляции внезапно погрузились в темноту.
Отдыхающие удивленно подняли головы – кто-то даже успел сказать про «руки из задницы у технических специалистов», отвечающих за работу фонтанов. Остальные негромко переговаривались в ожидании. Но спустя несколько секунд на фоне темной картинки в кадре промелькнуло движение.
Билли замерла с телефоном у уха.
– Билли!.. – пытался дозваться до нее Адам.
– Мамочка… – глядя на экраны, Колин потянул Молли за край футболки.
Камера медленно отъехала назад, и на обоих экранах появилось окровавленное заплаканное женское лицо, изувеченное порезами и синяками.
– Мама, тетя… там тетя плачет. – Мальчик еще сильнее дернул Молли, и тогда та наконец отвлеклась от переписки и подняла голову.
– Билли, не молчи. Что происходит?
– Опаньки, вирусный ролик к новому ужастику подвезли, – присвистнул парнишка рядом с Билли.
Камера отъехала еще дальше, демонстрируя в полный рост женщину: в одном нижнем белье, покрытую кровью, гематомами и глубокими порезами и пристегнутую ремнями к операционному столу по рукам и ногам.
– Боже… – прошептала Билли, не реагируя на взволнованный голос Адама.
В кадре вновь появилось лицо рыдающей незнакомки, и ее рот открылся в беззвучном крике. По толпе пронеслось приглушенное «ох».
А в следующий момент вода, стекающая вдоль обоих экранов, окрасилась в кроваво-красный цвет.
Люди закричали и побежали в стороны с воплями ужаса – в отличие от Билли, которая продолжила стоять на месте, будто под гипнозом, наблюдая, как красные потоки воды заливают видеозапись и ударяются о поверхность бассейна, оставляя брызги в радиусе нескольких метров.
До нее донесся знакомый запах кокоса. Когда пробегающий мимо парень задел ее плечом и едва не сбил с ног, Билли вздрогнула и стала пятиться.
– Адам, срочно приезжай! – закричала она в телефон. – Ты должен приехать прямо сейчас!
– Где ты?! Что происходит?
– Фонтаны Краун! Слышишь? Миллениум-парк! Я…
Билли внезапно налетела на кого-то спиной и выронила телефон.
Когда звонок неожиданно прервался, Адам едва не забыл, как дышать и зачем вообще это делать.
– Билли??
Но прежде, чем он успел ей перезвонить, на экране телефона высветилось уведомление:
Миддлтон открыл сообщение похолодевшими пальцами.
Вдох.
Выдох.
Подонок даже не думал прятаться.
