Взмокший от волнения охранник обернулся на скрип открывшейся двери, но в развороте случайно задел Билли своим огромным локтем. Вовремя подхватив, Адам удержал ее в равновесии и, убедившись, что капюшон все еще скрывает ее лицо, метнул нехороший взгляд на громилу, но так и не высказал ему все, что думает про его слоновью грацию. Это был бы гарантированный провал побега у финишной черты. А уже через секунду Миддлтон всерьез пожалел, что никто не снимает это шоу на камеру: надо было видеть лицо охранника, когда он опустил голову и увидел рядом с собой мелкого «грабителя-единорога» в наручниках за спиной. Наверное, примерно такое выражение было и у самого Адама, когда он нашел Билли в подсобке.
– Попался. – Миддлтон кивнул на «воришку», старательно поддерживая образ сурового наемника местного авторитета.
– Девка? – буркнул охранник, подозрительно щурясь на Билли с высоты своего роста.
– Тощий пацан. Кстати, ничего украсть он не успел – я его осмотрел. Как я и думал, он пытался прикинуться одним из своих, но обломался. – Адам несильно встряхнул Билли за плечо. – Вовремя мы его перехватили. Ты молодец, – кивнул он охраннику, пока тот быстро осматривал их немногочисленные карманы. – Ладно. Я повез его к Декстеру, а ты больше не лажай, в следующий раз может так не повезти.
Шкаф буркнул нечто невнятное – возможно даже не на английском, – но спорить не стал. Видимо, был страшно рад, что они обошлись малой кровью.
– Адьос, амиго, – зачем-то добавил Адам, вызвав у Билли тихое скептичное «хи-хи» под капюшоном, и потянул ее за собой к машине.
Только когда они оказались рядом с БМВ, Миддлтон позволил себе немного расслабиться и выдохнуть. Смех смехом, а выбираться из этого Бельтран Лейва[29] под руку с Мисс Конгениальность[30] было довольно рискованно.
Разместив Билли на заднем сиденье, Адам с невозмутимым видом сел за руль и завел двигатель.
– Бо-о-оже, какой слэнг, какие слова, агент Миддлтон, – протянула Билли. – А вы неплохо вписываетесь в местный колорит.
– Сиди смирно и не поднимай голову, – твердо сказал Адам, взглянув на нее через зеркало заднего вида. – Охранник смотрит, поэтому не снимай капюшон и не привлекай внимание. Отъедем подальше, и я расстегну наручники. А после этого ты расскажешь мне все в подробностях, – продолжил он без тени улыбки. – И если я пойму, что ты опять недоговариваешь или пытаешься увести разговор в сторону, следующей остановкой будет не твой дом, а полицейский участок.
Это был тот редкий случай, когда Билли не спорила и не сопротивлялась, а спокойно ехала на заднем сиденье, пусть и не в самой удобной позе, но при этом не издавала ни звука до тех пор, пока машина Адама не удалилась от «Эль-Кастильо» на порядочное расстояние.
Убедившись, что за ними нет хвоста, Миддлтон проехал еще несколько кварталов и остановил БМВ у безлюдного тротуара в одном из спальных районов Чикаго.
– Уже можно снять наручники? – Билли высунулась вперед с капюшоном на голове и едва не задела рогом Адама. – Ой, пардон. Постоянно забываю про него.
«Неудивительно», – взглянув на нее, Адам заглушил двигатель и вышел из машины, не говоря ни слова.
Предвкушая бурю, Билли поморщилась.
Можно было и не надеяться, что проникновение в «Эль-Кастильо» и побег оттуда при содействии агента ФБР пройдут без последствий. Теперь главное, чтобы ее не заперли в изоляторе. Но даже это будет в разы приятнее того, что могли сделать с ней в подпольном клубе, если бы обнаружили раньше Адама.
«Изолятор, так изолятор», – решила она.
– Повернись, – коротко выдал Миддлтон, когда упрямая Билли, отказавшись от предложенной помощи, выгрузилась из машины своими силами и встала напротив него. Достав из кармана джинсов ключи, Адам постарался не улыбаться при взгляде на разноцветный хвост единорога и расстегнул наручники.
– Ну что, редкий зверь, – добавил он в полголоса, – теперь ты свободна.
Набрав полную грудь ночного воздуха, Билли выдохнула с довольной улыбкой, невольно заставив улыбнуться и Адама, который уже перестал считать, сколько раз за эту ночь он побил собственный рекорд в излишней, с его точки зрения, эмоциональности. Странно, но с Билли после всего пережитого было так легко позабыть о недавней опасности. А еще о сне и усталости. Похоже, мисс Сэлинджер действительно умеет заряжать своей бьющей через край энергией, даже если делает это неосознанно.
Обернувшись к Адаму, она удивленно изогнула брови.
– Ого! – выдала вслух Билли, в полной мере оценив разницу между дневным Адамом Миддлтоном, сотрудником Бюро, в строгом костюме без единой складки, и ночным, который сейчас казался ей совершенно другим человеком, из более знакомого и понятного мира.
– Ого? – переспросил он, рассматривая на лице Билли яркий розовый макияж с обилием блесток и флуоресцентной краски.
А она ведь серьезно подошла к подготовке своего прикрытия – такой экзотический раскрас наносится не за пять-десять минут. Значит, Билли не просто позаимствовала костюм текильщицы, а вписалась в коллектив. Но как именно?
