— Окей, — девушка берёт салфетку, избавляя свои пальцы от крошек. — Знаешь, чего не хватает твоему образу?
Её способность, плавно переходить от одной темы разговора к другой, поражала.
— Что?
— Смоки айс, — Кэти пододвинула свой стул ближе ко мне и умоляюще заглянула в глаза, — Позволь мне сделать тебе макияж! Пожалуйста! Я буду пользоваться лишь карандашом.
Я нахмурила брови, готовая отказаться, но вовремя себя остановила. Почему бы и нет?
— Грех не подчеркнуть твои глазки, — девушка сложила свои ладони вместе, будто молиться на меня собралась.
Засмеявшись, согласилась. А Кэти не теряя времени, радостно достала из маленькой сумочки чёрный карандаш и кисточку.
— Ты не делаешь себе макияж?
— Делаю, но редко, — стоило Кэти приблизить к моему глазу карандаш, я взволновалась, — Только прошу, осторожнее.
— Не волнуйся. Знаешь, сколько раз я наносила себе макияж?
— Себе? — тихо переспросила и, когда дошло, намного громче запротестовала, — Именно, что себе!
— Не шевелись! — приказала Кэти и аккуратно провела чёрную линию близко к моему ресничному контуру и довольно заулыбалась, — Красота!
Когда то же самое было проделано со вторым глазом, в ход пошла кисточка. Кэти, с видом мастера make-up пояснила:
— Я слегка растушую.
После я с улыбкой до ушей смотрелась в маленькое зеркальце, милостиво подношенное мне девушкой.
— Круто! — только так смогла оценить содеянное, но, сколько эмоций вложила в это слово! А ведь действительно здорово вышло. Глаза стали шире и ярче.
— Большое спасибо!
— Ой, да мелочи, — отмахнулась Кэти, но несложно было заметить гордость во взгляде.
Как только было покончено с пирожными, мы вышли из кафе к поджидавшему нас автомобилю.
Но стоило мне случайно взглянуть на ближайшую остановку, которая находилась в десяти шагах от нас, так я резко остановилась.
Алёна и Катрина стояли на солнышке, поджидая автобус, а недалеко от них находилась Николаевна, читая какое-то объявление. Сомневаюсь, что она в нём что-то поняла.
Также резко, как и остановилась, отворачиваюсь, чувствуя укол совести. Я обещала Алёне провести с ними день, но не пришла домой.
— Ты чего? — удивлённо спросила Кэти, но уж очень громко. Зачем так громко?
«Кристина?»- услышала отдалённый голос Катрины. Совершенно не то время, чтобы встречаться. Совершенно не то, но уходить, будто не расслышала, не посмела.
— Я сейчас, — нервно говорю Кэти, — Подожди меня в машине, пожалуйста.
Она кивает, и я разворачиваюсь к подругам.
Катрина с ухмылкой, привычной для неё, машет мне рукой, когда Алёна, точно защищаясь, скрестила руки на груди.
— Привет, — останавливаюсь около них, неуверенно улыбаюсь.
— Классно выглядишь, — оценила Катрина, — Давно тебя не видела.
Она не могла не добавить этого.
— Твоя новая подружка? — спрашивает Лёна, кивком указывая на удаляющуюся фигуру Кэти.
— Знакомая, — поправляю, неуклюже топчась на месте, — Я не смогла прийти, как обещала.
— Постой, — Алёна схватилась рукой за Катю, расширенными глазами наблюдая за Кэти, — Я видела эту девушку на обложке одного журнала. Помнишь, я тебе ещё платье на ней показывала? Пойду, догоню её.
— Нет, — сказала, как отрезала, и совершенно не было стыдно за свой тон, — Это ни к чему.
— То есть, ты можешь с ней общаться, а я нет?
Не смогла подобрать слова, чтобы как-нибудь защититься.
На моё изумление, Катрина захлопала в ладоши:
— Молодец, Кристин. Что так смотрите на меня? Правильно ты поступаешь. Я бы нас, точнее вас, тоже кинула, если бы таких вот друзей нашла.
— Я никого не кидала, — возразила, чувствуя, как к глазам подкатываются слёзы.
— Да, всё нормально, — отмахнулась с улыбкой Катрина.
— Нет, не нормально, — Алёна прищурила глаза, — Ты меня обманула, а я, как идиотка, прикрывала тебя перед Николаевной. И для чего? Чтобы лишний раз убедиться, какая ты отстойная подруга? — подошла ближе, чуть ли не наступив на нос моих ботинок, — А знаешь, что? Когда тот парень кинет тебя и кинет эта моделька, не беги плакаться к нам! Таким эгоисткам, как ты, место в одиночестве.
— Алён, — Катрина дёрнула девушку за плечо, но та раздражённо его отдёрнула.
— Разве я не права, Катрин?
Почему-то плакать резко расхотелось. На место пелене слёз пришла пелена ярости. Голос, на удивление, звучал спокойно и холодно. Пожалуй, именно такой тон я и хотела иметь в той ситуации:
— Ты называешь меня эгоисткой? Отстойной подругой? Так это ты никчёмная подруга, которая никак не может понять и поддержать! Ты прекрасно знаешь, что мне понравился парень, что я хочу быть с ним как можно больше времени! Неужели так сложно это понять? Когда ты с кем-либо встречалась, я ни слова не говорила, потому что понимала! И никогда с вами не звалась гулять, потому что знала: буду третьей лишней! И ты бы была лишней, если бы я тебя пригласила к нам! Так сложно понять? Вместо поддержки подруги я получила предсказание будущего: меня все кинут, и я останусь одна! Отлично, Алён! Кто ещё из нас эгоистка!
— Ты забыла о нас! — прошипела Лёна.
— Потому что влюбилась! — в тон ей ответила и заметила, как подходит Николаевна.
— Какие люди и без охраны!