На его губах мелькает улыбка, которая и побуждает меня, наверное, в сотый раз признаться:
— Я люблю тебя, — в минуту, когда он поднял на меня глаза, я была уверена, что найду подтверждение написанным словам и услышу желанное «люблю».
Но Алекс, приподнявшись, поцеловал мои губы, углубляя поцелуй, оставляя на потом всю нежность. Если он хотел, чтобы я забылась страстью, то это плохо получилась. Я ответила на поцелуй с таким же напором, хоть и понимала: этот человек не испытывает тех чувств, которые я лелею к нему.
— Мне надо ехать, — отстранившись, произносит Тёрнер, — Может, поедешь со мной? Есть шанс целый день провести вдвоём.
— Нет, — качаю головой, хотя минутой позже, конечно, согласилась бы, — Я себя плохо чувствую, да и над статьёй надо поработать, — соврала и не моргнула. Статью я ещё вчера закончила, а вот про плохое самочувствие — правда.
Алекс огорчённо кивает головой, поднимаясь с кровати. Я протянула ему футболку, небрежно брошенную на стул. Наблюдаю, как он натягивает её, борясь с желание забыться и поехать с ним. Но спускаясь по лестнице, понимала, что отступать нельзя. Мне будет лучше, если он уедет, тогда я смогу справиться со своими эмоциями, а не сдерживать их в его присутствии.
— Я тебе позвоню, — пообещал Алекс, когда мы подошли к двери, — И если ты освободишься, я за тобой заеду.
— Хорошо, — какая же фальшивая радость прозвучала в моём голосе. Самой тошно стало, — Я дам тебе свой номер.
Быстро начеркав цифры на бумажке, отдаю ему, заслуженно получив взамен нежный поцелуй.
— Привет, — отстранившись от фронтмена, неуверенно махаю рукой Вилу, который мало обращал на меня внимания.
— Привет, — был ему ответ от Тёрнера, — Милая пижамка.
В возмущении толкаю его к выходу, еле сдерживая смех.
— Ты уже уходишь, Алекс. Не смущай Вила! — шепчу на ухо, выходя на улицу, только после вспомнив, что меня ожидает каждое утро на крыльце.
— Привет, — радостно восклицает парнишка, подбегая ко мне, — А это вам.
— Спасибо, — точно в тумане отвечаю, наблюдая, как мальчишка быстро уносится к соседним домам.
— Роза, — с любопытством протягивает Алекс, разглядывая цветок в моей руке, — А от кого, если не секрет?
Одна из тех ситуаций, когда весь словарный запас исчезает, а тебе остаётся лишь хлопать ртом, подражая рыбе. Если Алекс узнает, что эта роза от Тео, то наступит конец. И совершенно несчастливый.
— О, нет, — неожиданно появляется Вил, выхватывая розу из моих рук, — Это моё. Он такой романтик, — и с этими словами оставляет меня с Тёрнером наедине. И оба мы выглядели удивлёнными. В эту минуту, готова была расцеловать соседа!
— Мило, — хмыкнул Алекс, притягивая меня к себе, — Но я всё равно не в восторге от Вилсона. Будь осторожно, хорошо?
Как только машина фронтмена скрылась из виду, мигом побежала искать Вила, который находился на кухне, раскладывая завтрак по тарелочкам.
— Ты мой спасатель! — радостно сообщила парню, целуя в щёчку.
Сосед притворно насупился:
— Это, — указал на свою «повреждённую» щёку, — было первый и последний раз.
— Как скажешь, — выхватываю тарелку, наполненную сомнительной жижей, и присаживаюсь за стол, чувствуя, как головная боль даёт о себе знать.
— Так значит, ты знакома с Алексом Тёрнером, — продолжил сосед, — Что там знакома? Ты целовалась с ним! И, о Боже, Тёрнер ночевал в моём доме! Колись, с кем из звёзд мне нужно быть готовым встретиться?
— Ни с кем. Честно, — про Тома упоминать не стала. Сомневаюсь, что ещё хоть раз с ним встречусь.
Есть совершенно не хотелось, и содержимое тарелки мало вызывало во мне аппетит, даже наоборот. Я отодвинула тарелку.
— Выглядит ужасно, — призналась, виновато улыбаясь соседу, — Я, пожалуй, пока поголодаю.
— На вкус всё отлично, — Вил с прищуром оглядел меня, — А ты чего такая бледная? Заболела что ли?
— Нет. Просто вчера немного выпила.
— Тогда это ничего. Через несколько часиков похмелье пройдёт, и всё будет отлично. Уж поверь мне.
— Надеюсь.
Приняв таблетку от головной боли, поднялась к себе в комнату, тут же встречаясь лицом с подушкой. Глаза самостоятельно слипались, но сознание никак не спешило отключаться. Я только и делала, что ворочалась около часа в постели, пока не поняла, что действия от таблетки ждать бесполезно: голова не проходила.
— Кристина? — в комнату заглянул Вил, — Как ты себя чувствуешь?
— Плохо, — простонала, вставая с кровати, — Ещё никогда так себя не чувствовала.
— Может ты что-то не то выпила?
Пожимаю плечами, пообещав себе, что это будет последний раз, когда я притронулась к алкоголю. Жила же без него отлично, и что меня дернуло попробовать?
— Тебе надо поесть, — со знанием дела произносит сосед, — Покушаешь, и легче станет.
Сомнительно, конечно, но на кухню я спустилась.
— Я специально для тебя приготовил кашу, — поведал мне Вил, оставляя передо мной на столе мой завтрак, — Говорят, они полезны.
— Каша. Ты серьёзно? Думаешь, каша — это то, что мне сейчас нужно? Никогда не любила.
— А ты попробуй, — закивал сосед, — Потом сама добавки просить будешь.
И это тоже было сомнительно, но я послушно взяла ложку.
— Кристин, а ты расскажешь, как познакомилась с Алексом?