- Папа нашёл себе работу? – обрадовался Антон.
- Он мне об этом сказал, перед тем, как заснуть.
- И где он будет работать? Кем?
- Сантехником в нашем квартале, - ответила Маша.
- Я рад за папу. Главное, чтобы он подольше продержался на этой работе.
- Мы с тобой поможем ему в этом. Мы же одна семья?
- Одна, - улыбнулся мальчик.
Маша проводила сына до комнаты, поцеловала в лоб и, накрыв лёгким покрывалом, пошла к дверям.
- Мама, - послышался вслед тихий шёпот мальчика.
- Чего тебе, мой родной?
- Мама, я тебя очень-очень люблю. Ты у меня самая-самая лучшая мама на свете, и самая-самая красивая.
- Я тебя тоже очень люблю. И скажу твоими словами, ты самый лучший сын на свете, о котором только может мечтать мать. А теперь до завтра. Спокойной ночи и сладких снов.
- Спокойной ночи, - шепнул Антон.
Маша прикрыла дверь и на миг задержалась в коридоре. Идти в комнату к Сергею не было желания. Она обречённо махнула рукой и прошла в ванную, достала из пачки сигарету и закурила.
- Ты же только что дала сыну слово, что бросишь курить? – послышался слегка ироничный голос Хранительницы.
- Брошу с утра, - пообещала Маша.
- А тебе слабо приступить к этому прямо сейчас?
Маша сердито мотнула головой, но сигарету затушила и выбросила в унитаз.
- Ты знаешь о письме, что я сегодня получила от Вальки? – спросила Маша Хранительницу.
- И не только о письме, а так же и о фото, и что Ольга приедет скоро в Каменск. Но глядя на кислое выражение твоего лица, делаю вывод, что ты не особо радуешься этому.
- Нет, отчего же, радуюсь, - Маша вздохнула, - просто…
- Тебе стыдно за свой внешний вид. Я права?
- Да, - честно призналась Маша.
- И чем тебя не устраивает твоё тело?
- Оно толстое и уродливое и… - Маша неприязненно поморщилась.
- Не смей говорить в таком тоне о теле! – Хранительница сердито свела брови.
- Это моё тело, как хочу, так и говорю! – вспылила Маша.
- Если это твоё тело, тогда почему ты так неуважительно отзываешься о нём?
- Потому что… потому… - Маша не довершила начатую фразу и растерянно пожала плечами.
- Если ты не любишь своё тело, то значит, не уважаешь, не ценишь и не любишь себя.
- За что же мне себя любить и уважать, когда я смотрю в зеркало и вижу то, что вижу. От этого видения сразу портится настроение.
- Причина не в теле, а в тебе.
- Во мне?
- А в ком же ещё?
- А ну… да… - Маша кисло улыбнулась, - дело в моей лени, слабохарактерности и не самоуважении к самой себе.
- И какой из этого следует вывод?
- Нужно срочно побороть лень и привести тело в должный вид, - ответила Маша и вздохнула.
- Но вот что мне делать с заниженной самооценкой и всем прочим, я не знаю. Видимо это у меня в крови и с этим нужно смириться.
- Для начала приступим за приведение в должный вид твоего тела. – Предложила Хранительница. - Ты готова приступить к новой жизни с этой минуты здесь и сейчас, не откладывая больше на последующие понедельники?
- А ты мне поможешь в этом? – неуверенно спросила Маша.
- Помогу. А сейчас иди спать, хоть завтра и первый день твоего отпуска, но встать ты должна рано. К тому же твой муж проснулся, и первым делом, что он сделает, это заглянет сюда.
- Ты можешь мне ответить на один вопрос? – попросила Маша.
- Касательно твоей фригидности? – Хранительница усмехнулась.
Маша густо покраснела.
- Для начала я задам тебе вопрос. Загляни в глубины себя самой и постарайся сама честно ответить о своей фригидности.
- Мало ли что в моих фантазиях возникает, но на деле-то я фригидная, - вспыхнула Маша.
- Для того чтобы перестать быть фригидной, нужно любить себя, своё тело, любить партнёра с которым имеешь близкие отношения.
- Ты хочешь сказать, что я не фригидная?
- Ты и сама без меня это знаешь.
- Маш, ты где? – послышался за дверьми голос Сергея.
- Ну, что я говорила? – усмехнулась Хранительница и, растворившись в воздухе, оставила Машу наедине со своими неразрешёнными вопросами.
- Серёж, я здесь! – крикнула Маша и поспешила выйти из ванной.
Сергей сидел на кухне и с кислым выражением на лице допивал, оставленный на столе холодный Машин чай.
- Голова болит, у нас ничего покрепче нет? – пожаловался он.
- Могу предложить лишь огуречный рассол.
- Давай, - вяло произнёс Сергей.
Маша достала из холодильника трёхлитровую банку солёных огурцов, налила в кружку рассола и протянула мужу. Он залпом выпил, посмотрел на Машу недвусмысленным жадным взглядом, и сделал попытку притянуть к себе. Она ловко вывернулась из его рук.
- Серёж, прекрати, Антон может выйти.
- Да он уже десятые сны, небось видит.
- А вдруг проснётся, - не отступала Маша.
- Чего ты носишься с ним, как с дитём малым. За мной бы лучше так ходила.
- Так он и есть ещё ребёнок, - вспылила Маша. - Ему всего лишь десять лет. Но, не смотря на это, он и в магазин за продуктами ходит, и посуду помоет и приберёт, а порой и еду приготовит на всех нас. И в школе хвалят его. Закончил этот год на одни пятёрки.
- Для большего счёта осталось ему лишь деньги научиться зарабатывать, тогда надобность во мне полностью отпадёт, - ухмыльнулся Сергей.
- Что ты такое говоришь? – возмутилась Маша.
- А что разве я не прав?
