– Ну-ну, девочка, что такое? – ласково спросила склонившись к ней Валяева и легонько провела длинными своими пальцами по блестящим перьям вороны. Та тут же расслабилась и снова важно зашагала по столу.
– Ну, – улыбнулась Ада, доставая из длинной пачки дамскую «Мальборину», – как я понимаю, наши дела в порядке?
Олег Витальевич видел себя дважды отраженным в ее очках. Отражения нежно прижимали к груди кейс и изображали на лицах совершенно одинаковые искательно-угодливые улыбки.
Смирнов похлопал рукой по кейсу и ответил:
–
Как будто.
–
Однако, – Валяева красиво расселась в вертящемся кресле, закинув одну красивую ногу на другую красивую ногу, и выпустила красивое дымовое колечко. – Ходить с такой суммой одному – безумие.
– Не большее, чем вся ваша затея, – улыбнулся Олег Витальевич.
–
То есть? – Ада подняла тонкие бровки. Ах, как хороша она была без своего траура, в коротенькой кожаной юбке, яркой алой блузке, с рассыпавшимися по плечам золотыми кудрями! Даже без глаз хороша! А и к чему глаза при таких ногах?
–
То самое, – промурлыкал Смирнов, – я ж не идиот, в отличие от своих… соседей. Где кузен Витек, Ада Борисовна? Разве он не здесь, не с вами работает? – постепенно улыбка сползала с его лица, ибо вид у Ады из мирного стал горгонистым. Она наклонилась вперед, ее рот оскалился, брови съехались к переносице.
–
Я напомню вам, – заговорила она зловещим шепотом, – что мой бедный брат мертв. Он трагически погиб. А ты все-таки идиот, Смирнов. Я ведь тебе говорила, что у меня нет работы. Я – безработная, жертва новых экономических отношений в обществе, а ты – козел! – казалось, она сейчас кинет в него чем-нибудь тяжелым. Смирнов втянул голову в плечи.
–
Да, конечно… Но… этот офис… – пробормотал он.
–
Что – офис? – прошипела Ада.
–
Н-ничего…
–
Вот именно! – Она опять откинулась на спинку кресла. Постепенно ее лицо расслабилось, она со вкусом затягивалась сигаретой и молчала. Ее лбы не издавали ни звука, стояли безучастные, как телеграфные столбы, глухие и немые. Прошла целая вечность, в течение которой были слышны лишь легонько постукивающие коготки вышагивающей Кармы. Олег Витальевич не выдержал и, смущенно откашлявшись, робко спросил:
–
Может, мы уладим, наконец, наше дело?
–
Может… – откликнулась Ада.
–
Скажите… э-э… в какой срок вы… э-э… перезахороните ваших близких?
– В короткий, – сразу ответила она. – Если вы купите у меня участок за тридцать тысяч долларов.
–
Разумеется. Как договаривались. Ровно тридцать, – заторопился Смирнов.
–
А кому я продаю землю? – поинтересовалась Валяева.
